— Как будто у кого-то из бояричей может быть эта зараза, — хмыкнул Годимир.

— Думаю, что ты прав, но я акцентировал внимание на единичности такой стрижки.

— Это отличная новость! А то я как подумаю, что поеду домой лысым и покажусь знакомым, мне аж тошно становится! — воскликнул Огнеяр и через какое-то время добавил. — Как думаешь, Витовта тоже налысо постригут? Или он попробует давить своим статусом и сможет отказаться?

— Постригут точно так же, как и всех, — пожал я плечами. — Не думаю, что командование училища захочет подобным образом выделить его среди остальных кадетов. Ведь подобное может настроить большинство ребят против него. Понятно, что он наследник империи, но в данном случае — такой же кадет, как и все мы. Поэтому оставлять ему подобные преференции было бы несколько несправедливо, — выдержав небольшую паузу, я продолжил. — К тому же, судя по тому, как смирно он сидел на брифинге и даже не попробовал возразить или возмутиться, мы можем сделать вывод, что Витовт явно в курсе предъявляемых к кадетам требований и, вероятнее всего, император заставил его слушаться. Поэтому он будет держать свою гордость в узде.

— Какого носортула ты сидишь на кровати⁈ А⁈ На них сидеть запрещено! На кой фиг тебе целых два стула в комнате⁈ — услышали мы какой-то дикий рев в соседней комнате и поспешили туда. — Твоя фамилия, кадет⁈

— Песков, — донесся до нас растерянный голос мальчишки, когда мы зашли в его комнату. — А почему нельзя на кроватях сидеть? Что за абсурд⁈

— Потому что это запрещено! — услышали «логичный» ответ от лысого двухметрового гиганта, который склонился над невысоким мальчишкой.

«Да чем они их кормят⁈ — в очередной раз удивился я громадным размерам местных командиров всех степеней. — Этот парень, кажется, даже здоровее командира взвода».

— Вас не учили спрашивать разрешения, когда заходите в помещение, в котором находится старший по званию⁈ — повернув голову в нашу сторону, злобно произнес неадекватный гигант.

«Сержант», — посмотрел я на погоны и спокойным тоном ответил:

— Нас вообще еще ничему здесь не учили. Абсолютно. Мы тут меньше пары часов и даже форму не получили. О каком обучении может идти речь?

— Фамилия⁈ — рявкнул гигант, подходя ко мне поближе и забывая про ошарашенного Пескова.

— Морозов, — спокойно ответил я, глядя ему в глаза.

— И что, что Морозов⁈ — неожиданно рявкнул он мне в лицо. — Значит, можно нарушать субординацию? Влезать в разговор старшего по званию и нарушать устав⁈ Да⁈ Самый умный что ли здесь? А?

«О, Спаситель⁈ За что ты мне все это послал⁈ Это ведь именно то, чего я искренне боялся. Глупый индивид с отбитой башкой в предполагаемых командирах и армейский маразм, от которого нигде не скрыться».