Вкупе с крепкой фигурой, от которой тянуло мощью, это выглядело довольно стильно, поэтому, когда я впервые увидел Феофана в новом образе, не преминул заметить, что он выглядит как дед, который может увести из семьи любую бабушку. За это наблюдение я, несмотря на свое высокое положение, получил легкий подзатыльник и шутливую выволочку…

— Было бы с чего волноваться, — отвечая на вопрос наставника, я покачал головой. — После твоего обучения в пустошах не думаю, что меня вообще что-то может испугать, а тем более какой-то коллектив сверстников.

— Про коллектив я с тобой не согласен, — произнес Феофан. — Если против тебя встанут все ребята, то ты быстро запоешь по-другому. Ты мне и сам как-то говорил, что человек — это существо социальное, он не может жить сам по себе. Да и у тебя одна из задач — построить крепкие дружеские отношения с максимально большим количеством ребят и вернуть расположение Витовта.

— Это я тебе подобное говорил? — удивленно спросил наставника и пояснил. — Что человек — это существо социальное?

— Было как-то, — кивнул он уверенно.

— Ну ладно, — недоверчиво хмыкнул я, так как не помнил за собой ничего подобного. — Но даже если и так, думаю, что не останусь один, рядом со мной как минимум будет Годимир, а вдвоем всегда легче.

— Ты уверен, что Огнеяр останется с тобой? — каким-то нехорошим тоном произнес наставник. — Если глава рода прикажет, он, пусть и нехотя, станет на сторону Витовта. Если тот, конечно, не будет заниматься совсем неправильными вещами, — поправился учитель и продолжил. — Я к тому, что у тебя одни задачи обучения, а у него другие. К тому же, его отец — комендант, который, я позволю напомнить, напрямую подчиняется императору, минуя все остальные институты власти. Поэтому твой друг будет чувствовать ответственность за род и не сможет подвергать его таким репутационным потерям.

— Кое в чем ты, конечно, прав, — ответил я. — Но не думаю, что в этом случае Годимир забудет нашу дружбу, он не такой. Я его первый настоящий друг. Будь мы повзрослее, я бы не стал зарекаться, но не мне же тебе объяснять, что такое юношеский максимализм и упертость?

— О-о-о! — протянул наставник и хмыкнул. — До встречи с тобой я вообще не знал, что это такое.

После легкого смеха Феофан продолжил.

— А ты вообще как себя чувствуешь? Ведь целую неделю носился по этажам компании и спал всего пару часов в сутки.

— А что мне будет? — пожал я плечами. — Ты же сам учил меня медитации и знаешь, насколько я в этом хорош. Так что, усталость, конечно, чувствуется, но она совсем не такая, от которой хочется умереть.