Он неотрывно следил за показателями. Казалось, он даже забыл, что моргать нужно…
Когда Кир проснулся, за окном уже было светло.
Он прислушался к своим ощущениям. Вроде как ничего не болело, он не чувствовал себя плохо, разве что немного устал.
Он поднялся и сел в постели, удивившись, насколько ослаб. Будто бы вчера весь день в качалке провел — мышцы болят, тело ноет от любого движения.
Но это не боль, а скорее ощущение усталости, слабости. Такое терпеть можно.
Температуры вроде тоже нет. Во всяком случае, Кир ее не ощущал.
— О! А-ха-ха! Кто проснулся? Рад видеть тебя живым и здоровым, мой мальчик! — в комнату вошел Кремень, как обычно растянувший лицо в улыбку, демонстрируя все свои здоровенные, как у коня, зубы.
— Все…в порядке? — осторожно спросил Кир.
— Ну…как сказать… — пожал плечами Кремень. — Вот у тебя, например, порядок. Импланты не отторгаются, все процессы замедлились до нормального уровня, привычного, так сказать… А вот я, признаюсь тебе, весь извелся. Однозначно сейчас пойду домой и напьюсь в хлам.
— А как же здоровье? — усмехнулся Кир.
— Ах-ха-ха, здоровья у меня предостаточно, а вот нервы нужно успокоить.
— Так что со мной? Все обошлось? А что было? — продолжал допытываться Кир.
— Из-за того, что мы поставили тебе слишком много имплантов, — начал пояснять Кремень, — они начали тянуть из твоего организма все, что только можно. А еще почему-то на первых порах процесс перестроения очень сильно ускорился…
— Почему?
— Особенности твоего организма, дружище, — в который уже раз осклабился Кремень,– ты у нас, ха-ха, индивид! Редкий индивид!
— Сам ты индивид, — буркнул Кир, — причем редчайший.
Он спустил ноги с кровати и попытался встать. Его повело, но все же он устоял на ногах.
— Осторожнее, парень, осторожнее! — забеспокоился Кремень. — Сейчас у тебя почти нормальная температура, а вот ночью ты чуть было не сгорел. Вот последствия и не заставили себя ждать. Но не переживай! Это скоро пройдет.
— Хорошо… — кивнул Кир, — а то чувствую себя, как разбитое корыто… Как быстрее прийти в норму?
— Начни двигаться, хорошо поешь. Питательной пасты я в тебя за ночь около десяти литров влил, и вся она «разошлась», как топливо в машине.
— Это же не нормально! — удивился Кир.
— А я говорил — ты индивид! Тебя в лабораториях изучать можно как редчайший случай, ха-ха!
— Угу, всю жизнь мечтал стать лабораторной крысой…
— Ну, мечтал ты или нет, а сейчас я тебя осмотрю…
Кремень подключил к Киру кучу приборов, принялся заглядывать в рот, нос, уши, откатывал веки, ощупывал конечности, при этом бормоча себе под нос нечто вроде: «Прекрасно, просто прекрасно!», или же: «О! А это что у нас? Почему увеличился пульс?», «Замечательно, какая прелесть!».