***

Дима

В бизнесе не существует понятия: долгие праздники. Да, многое не работает, но перевозки нужны и первого января, и на Рождество. Почти каждый день в офисе, часть сотрудников у нас всегда работает посменно.

– Слушай, я, конечно, всё понимаю, ты у нас человек снова семейный, но это не повод друзей забывать, – упрекает Пашка. Сидим в кабинете, пьём кофе, просматриваем отчёты. Отрываюсь от своего, приподнимаю бровь.

– Ты о чём?

– Вообще-то сейчас вся страна гуляет. А ты после работы сразу домой бежишь. Нет бы в бар заглянуть. Когда вдвоём в последний раз сидели?

– Мы сейчас сидим, – хмыкаю, глядя, как Пашка закатывает глаза. И правда, как с Ритой стали жить, ни разу ни с Пашкой не сидел, ни с Тохой. – Ладно. Исправлюсь. Давай только после праздников. Сейчас в приличных местах всё забито, бронировать заранее надо.

– Так может, в неприличное сходим? – Пашка играет бровями. – Тебе, женатому, не надо, а мне, холостому, что делать?

– А как же та, последняя? Уже всё?

– Где я, а где она? К тому же, знаешь, у неё в голове одна извилина, и та почти прямая. А я с возрастом начал умных любить. Кстати, с Ритой когда познакомишь?

Не знаю пока. Ни я со своими друзьями не познакомил, ни она со своими. Мы сейчас как будто только вдвоём существуем, не хочется никого пускать в свой мирок.

– Скоро, – отвечаю уклончиво. Успею ещё.

Завтра с Никитой на каток рядом с нашим домом идём. На товарищеский матч по хоккею. Традиция такая: два двора, папы с сыновьями и обязательный новогодний матч. За сезон потом ещё несколько раз собираемся. Рите сказал её вчера, она расстроилась: что-то хотела вечером сделать. Что-то особенное, по её словам. Ну, ничего, никуда особенное не денется. Она с нами захотела пойти, тут я засомневался, конечно. Там многие с жёнами приходят, но насколько уместно Ритино присутствие?..

Она обижается так демонстративно, что в пору смеяться. Дует губы, словно маленькая, и бурчит:

– Нет, я не обижаюсь.

– Ладно, поехали с нами. Только оденься теплее. Я чай в термосе возьму, а ты бутерброды нарежь.

– Зачем? Потом в кафе поедим.

– На улице вкуснее.

Как-то в голову не приходит: какое кафе после матча? Когда разгорячённые, мокрые, и сладкий чай из термоса кажется самым вкусным на свете, а бутерброды улетают с космической скоростью. Бутерброды в итоге делаю сам, пока Рита думает, что надеть, чтобы было тепло и красиво. Перед кем там модничать? Все в пуховиках и уггах приходят. Никита уже два раза звонил, уточнял, не опоздаю ли я.

– Рит, давай быстрее! – поторапливаю и не могу удержать улыбку при её виде. Лыжный костюм, а сверху куртка с меховым капюшоном и ярко-зелёный шарф. Как снегурочка. Надеваю на неё капюшон и целую в нос.