— Слушай, Климов, просто дай мне уйти…
— Поздно, — отрезал Демьян. — Ты уже сделал выбор, когда вернулся, а тем более поднял руку на женщину. Учишь-учишь и одни двойки. Я давал тебе шанс, Кирилл, как идиот, из чувств к сестре. Но теперь ты ответишь за все, сорян.
Он шагнул к Кириллу, схватил его за шиворот и с силой толкнул на стул. Кирилл упал, едва не перевернувшись, выронил сумку. Демьян поднял её, высыпал содержимое на стол. Документы, флешка, связка ключей. Он взял одну из папок, пролистал.
— Доверенности, — пробормотал он. — На квартиры. Ух ты, аж пять адресов. Это что?
Кирилл молчал, уставившись в пол. Демьян шагнул к нему, схватил за волосы, заставил поднять голову.
— Я спросил, что это.
— Бизнес, — выдавил Кирилл. — Я работал с пожилыми людьми, помогал им оформлять документы…
— Помогал? — Демьян усмехнулся. — Ты их обманывал. Выманивал квартиры, подделывал доверенности. Сколько их, Кирилл? Сколько стариков ты обобрал, это ж свежачок, да, в этом сейфе? А облапошил ты скольких?
Кирилл молчал. Демьян отпустил его, взял следующую папку. Я стояла у стола, смотрела на документы и чувствовала, как внутри все холодеет. Имена, адреса, подписи. Некоторые почерки были дрожащими, явно старческими. А рядом доверенности на Кирилла, которые давали ему полное право распоряжаться их имуществом.
— Мария Петровна Светлова, — прочитал Демьян. — Твоя бабушка. Иван Сергеевич Крылов, восемьдесят два года. Анна Васильевна Морозова, семьдесят шесть лет. Сколько их всего?
— Восемь, — прошептал Кирилл.
— Восемь стариков. — Демьян отложил папку, посмотрел на него. — И что ты с ними делал?
Кирилл молчал. Демьян шагнул к нему, схватил за горло, прижал к стене.
— Говори. Сейчас.
— Продавал квартиры, снимал деньги со счетов. Потом… избавлялся от них.
— Избавлялся? — Голос Демьяна стал тише, опаснее. — Как именно?
— Психушки. Частные клиники. Там их держали, пока… пока не умрут.
Я закрыла глаза, чувствуя, как накатывает тошнота. Восемь стариков, которых он обманул, обобрал и закрыл в клиниках, где их накачивали чем-то, чтобы они молчали. И бабушка была девятой. Могла стать девятой жертвой.
— Ты мразь, я пять лет жила с мразью и не знала…
Кирилл посмотрел на меня, попытался что-то сказать, но Демьян снова сжал его горло.
— Молчи. Говоришь только когда я спрашиваю.
Он отпустил Кирилла, достал телефон, набрал номер.
— Поднимись, тут документы и адреса клиник, и пара имен. К утру хочу полное досье.
Сбросил звонок, вернулся к столу. Взял флешку, покрутил в руках.
— А это что?
— Записи, — выдавил Кирилл. — Разговоры с владельцами клиник. Договоренности.