У тебя сейчас возьмут кровь, ты пройдешь, некоторые анализы и обследования, а я поеду на совещание! С тобой если что Дима! Я скоро вернусь, пока ты побудешь тут, маленькая моя!
Я смотрела на него. Маленькая моя… Как нежно… Только вот Федор постоянно отводил от меня взгляд своих ясных синих глаз.
Я лишь молча кивнула чтобы сильнее не накалять обстановку.
– Возвращайся скорее! И да, ты не умеешь лгать! У ребенка какие то паталогии? Он поднял на меня голову и посмотрел мне в глаза, в них замерло что то такое… Что то особенное. Сердце ухнуло вниз. Прямо в пятки. Я точно знала, что этого не выдержу.
Он прижал меня к себе. Наши сердца бились в унисон, а мне становилось все страшнее. Казалось еще пять минут и мое сердце выпрыгнет из груди.
– Что с ребенком?
– Я люблю тебя маленькая моя! Правда люблю! По-настоящему! Только с тобой я осознал что такое любовь, настоящая любовь, а ни похоть и разврат! С тобой я сумел отучить настоящую любовь от страсти! Я во все глаза смотрела на него. Еще день назад я была бы счастлива услышать такие слова, висла бы у него на шее и дрожала от счастья, а сейчас я испытывала одно. Страх. Страх за своего неродившегося ребенка.
– Что с ребенком?
Федор тяжело вздохнул.
– У тебя порок сердца выявили, тебе нельзя рожать! Нужно будет делать искусственные роды иначе ты умрешь! Я этого не переживу и не могу допустить!
Я отшатнулась. Сердце бешено стучало… Этого просто не может быть…
– Это не бред, я понимаю что вам очень сложно в это поверить, но это сущая правда!
Я во все глаза смотрела на Ольгу Игоревну, в ее красивых глазах залегло сочувствие, а оно мне было совершенно не нужно.
– Мне все равно что со мной, рожать я буду! Ты же не оставишь ребенка?
Федор откашлялся.
– Конечно нет, что ты говоришь такое!
– Вот и отлично, мы рожаем Ольга Игоревна и это ни на что не влияет!
Ольга Игоревна тяжело вздохнула. Все влияло и она была врачом и знала лучше чем грозит порок сердца при беременности и вообще. У меня не было медицинского образования, но я и без него понимала чем грозит порок сердца и, как заболевание сердца опасны.
– Рада Анатольевна, вы меня немного не поняли, с такой патологией нельзя рожать, вас ни один доктор не пропустит!
– Пропустили и простите решать буду я рожать мне или нет!
Я резко выхожу из кабинета. Понимаю что может веду себя неправильно, во всем неправильно, но ничего поделать с собой не могу.
Меня всю трясет. Я ношу под сердцем этого ребенка. Я люблю его. Это мой ребенок. Я не могу его убить.
– Ты сволочь! – неожиданно услышала я и едва не выронила из рук сумку.