Надо сказать, что танцевала принцесса Дельфина и правда великолепно — грациозно, со знанием дела и воображением, легко исполняя как классические танцы, так и совершенно новые для себя. Она легко вплетала элементы одних движений в другие, мастерски чередуя движения в новый вид танца. Хотя, все же, до грации королевы Лады ей было еще расти и расти — у той были нечеловечески плавные и грациозные движения, как будто у нее внутри тела были не кости, а хрящи или вообще нечто иное — более гибкое…
Вообще, из наших ночных разговоров и общения с леди Роксаной, я теперь знал очень многое о прошлом принцессы Дельфины. И, надо сказать, оно было очень скучным, если сравнивать с буднями моего предшественника. Тому нужно было пережить настоящие приключения, чтобы просто добраться до столовой, а оттуда до учебных классов, где его чему то обучали. Причем опасные для жизни и здоровья приключения! Принцесса Дельфина же, все свое детство училась этикету, танцам, счету, письму и тому подобному, практически не выходя из комнаты и это учителя приходили к ней, а не наоборот. Самым опасным в ее жизни событием было то, когда они еще мелкими сорванцами забрались в саду на какое то дерево, вместе с Леоном, откуда она и грохнулась — ничего себе особо не повредив, а вот низкие ветви на деревьях в саду, после этого случая, магическим образом исчезли. А самым же травмирующим опытом в ее жизни, была смерть матери в детстве, которая сильно по ней ударила в моральном плане. К счастью и отец и бабушка с тогда еще живым дедом и даже обе наложницы ее поддержали, так что все как то обошлось, но рассказывала она об этом до сих пор с глубокой тоской и грустью в глазах… Это опять же сильно отличалось от опыта предшественника, который относился к смерти весьма философски и редкая неделя проходила во дворце северного королевского дворца, чтобы человека-другого там не прикастрюлили…
Почти все ее дни, проходящие под грузом ответственности, как будущей наследницы престола, были похожи один на другой и скрашивали их только игры с Леоном, Роксаной и еще несколькими погодками. Так что, мои истории, взятые из памяти предшественника или выдуманные мной по мотивам некоторых фантастических или исторических фильмов и сериалов прошлого мира, она выслушивала с горящими от волнения глазами, не давая мне спать, пока я не дорасскажу их до самого конца. Проявляя немного нездоровое любопытство и возбуждение, когда трогала некоторые из шрамов, полученные в ходе этих историй, которые я демонстрировал по ее просьбе… Иногда она их трогала и поглаживала, с взволнованно отсутствующим выражением лица, непреднамеренно высовывая язычок и облизывая им свои губы, отчего у меня появлялись мурашки по всему телу, вызывающие еще большее волнение у принцессы…