Уволят. Точно вышибут. С другой стороны — может самому уйти? Как-то я подзаколебался на этом месте. Вроде бы ничего плохого не делаю, а постоянно в какие-то неприятности влипаю. Так дело пойдет, вместо благодарностей штрафов кучу подвесят и отправят на улицу без копейки в кармане. Нет, у меня чуть-чуть на черный день припрятано. Надо будет на карту перебросить хотя бы половину. Но все равно — обидно. Взрослый дядька, а шуршу, словно бедолага Мухин.

Вернулся на четвертый. Посмотрел, как вставляют новую стеклину на место. Прошел к себе, потыкал пальцем кнопки на клавиатуре. Скрипты сразу по приходу запускал, цифры разослал, желания курсы грызть пока нет. Может в самом деле заявление подать? Понедельник — это день, когда мы пытаемся резко поменять жизнь. Или со следующей недели? Народ обещал поляну накрыть. Пивом поить будут… Ладно, решено. До следующего понедельника досижу и можно будет сворачиваться. Надо только будет Тугудаевича набрать и насчет условий труда уточнить. Перееду к нему, приму второе гражданство. Женюсь на местной. Налоги сразу станут почти вменяемыми. И тогда зарплаты будет хватать и на домик у моря, и на грядку с арбузами.

В небольшой комнате на самом верху небоскреба сидели только руководители Московского филиала. После долгих обсуждений освободившееся кресло занял третий директор. На свое место поставил заместителя, успевшего обзавестись необходимыми связями как внутри корпорации, так и в мэрии. Одновременно с этим часть управленцев поднялись на ступеньку выше.

Но оставался главный вопрос, который не могли решить.

— Что мы будем делать с этим молодым человеком? — спросил Сасаки-сан, с легкой меланхолией разглядывая окружающих. Прекрасный повод выступить третейским судьей, дав возможность высказаться другим. Заодно посмотреть, как себя поведут в нестандартной ситуации.

Высказываться начали с младших. Четвертый директор прокашлялся и заявил:

— К сожалению, способы решения проблемы были выбраны самые варварские. Мне кажется, за такое надо понизить в должности и снять социальные баллы.

Сидевшая по правую руку от Сасаки-сан Хасэгава Норико присвоила себе роль «адвоката дьявола». Ее настолько выбесило случившееся, что она на полном серьезе раздумывала — не заставить ли прогуляться с крыши одного-другого напыщенного идиота? Исключительно для того, чтобы послушать, как будут орать. Не ей одной кричать «мама», когда в тебя стреляют.

— Иванова-сан понизить некуда. Он и так на самой младшей позиции в дзайбацу.

— Тогда снять баллы и…

— Кстати, про варварское решение… Этот человек защищает нас, не обращая внимание на отсутствие будущих перспектив. Когда другие грабят «Идемицу Косан», Иванов-сан находит украденные деньги и грудью закрывает руководство от нападения тайных врагов.