— Мам, дай посмотрю.
Ручка на антресоли действительно разболталась. Нижний шуруп выпал, и ручка держалась на одном верхнем. Я нашёл в ящике с инструментами шуруп, отвёртку и прикрутил. Заодно проверил верхний, который хоть и держал, но слабо. Подтянул и его.
— Вот, готово. Больше ничего не чинить?
— Нет-нет, — она махнула рукой, — всё остальное нормально.
На выходе она сунула мне два пирожка в пакет.
— Вам двоим, — сказала она, и я уловил в этой фразе именно то, что хотел услышать. Не «тебе на дорогу», не «на всякий случай». А — «вам двоим».
— Спасибо, мам.
— Лёшенька, — она остановила меня у двери, — ты звони. Хотя бы раз в два дня…
— Я звоню.
— Звони чаще.
— Хорошо.
Через двадцать минут я вышел на улицу, достал телефон и…
— Ого, какие люди…
Мне звонили. Точнее, звонил один человечек, и очень настойчиво. Как оказалось, телефон был на вибрации, так что я не слышал, что Витька прям очень сильно хотел меня увидеть.
В общем, через десять минут после разговора вместо того, чтобы идти на остановку, я вызвал такси, а ещё через час был у знакомого гаражного кооператива на Трубах.
Кузьмич, тот самый друг отца Витька, слёзно просил меня помочь. Точнее, он просил Витю дать ему мой номер, но тот не решился и отзвонился мне сам. По моему профилю, так сказать. Кузьмич ждал меня у открытых ворот своего бокса, ну и рядом с ним стояли Витёк и Саня. Трезвые, к слову.
— О, Лёха приехал! — Саня махнул рукой. — Давай, кам цу мир, майн друг!
«Странное совмещение немецкого», — подумал я про себя.
Внутри гаража пахло машинным маслом, старой резиной и холодным металлом. Вдоль левой стены стояли верстак, тиски, полка с инструментом. У дальней стены стоял мотоцикл «Иж». Справа — ящики, мешки, ещё какие-то узлы. На верстаке лежал лист бумаги, и рядом стоял мужчина в форменной куртке с логотипом подрядной организации.
— Это представитель подрядчика, — Кузьмич кивнул на него. — Доступ после комиссии согласовали, а теперь вот…
Историю этого кирпичного бокса я помнил. Ночью сносить полезли не в ту секцию: разрешение было на северный ряд металлических гаражей, а техника пришла в южный, к капитальным. Тогда вызвали полицию, утром приехала комиссия, работы приостановили. Чем всё закончится, пока никто не знал. Но собственником своего гаража Кузьмич оставался, и выписка у него была.
— Инструмент хочу убрать, — пояснил он. — От греха подальше. У знакомого свободный бокс есть, грузовик я нанял. Гараж я им не отдаю!
— А в чём проблема? — я посмотрел на Витька, затем на Саню, который на удивление спокойно стоял у мотоцикла.