— Кого ты так бережёшь от меня, Алексей?
«Началось».
Она ведь не имя хотела услышать. Ей требовалось, чтобы я начал объясняться, мяться, доказывать, что никого не берегу. А дальше она бы уже сама выбрала удобную версию.
— Вера, ты предлагала уступку по делу Самойлова в обмен на моё молчание, — напомнил я. — После такого личную жизнь с тобой не обсуждают. По крайней мере, не в машине и не сразу после внезапной проверки у офиса.
Мои слова попали в цель. Кажется, это оказалось неприятнее прямого отказа от близости. Вера дёрнула руль, но тут же выровняла машину. Её пальцы на коже руля побелели от напряжения. Несколько секунд мы ехали в абсолютном молчании, если не считать шума дождя и шин.
— Я приехала сама, — наконец произнесла она. Голос стал ровным, без прежней игривости. — Без поручения банка.
— Допустим, — кивнул я. — Но каяться за прежнюю работу ты не собираешься.
— Нет. Это была моя работа. И я делала её хорошо.
— Я не осуждаю. Просто констатирую факт.
Она повернула на мою улицу. Дождь немного утих, перейдя в плотную морось.
— А если я однажды приеду не проверять? — спросила она, остановив машину у моего подъезда.
Я посмотрел на её лицо в тусклом свете приборной панели. Блин, а ведь она была чертовски красива, как ни крути… Даже сейчас, когда недовольно поджимала губы.
«И чего она так зацепилась за меня? Разглядела во мне другого человека? Или дело не только в этом?»
— Тогда позвони заранее, — ответил я.
Вера чуть приоткрыла рот, чтобы возразить, но передумала. Она просто кивнула, принимая мои слова.
— Спасибо, что подвезла, — я взялся за ручку двери.
— Доброй ночи, Смирнов.
Я вышел на улицу, захлопнул дверь и зашагал к подъезду. Машина оставалась у тротуара. Вера ждала, что я передумаю? Но нет.
Когда я коснулся ручки двери, послышался рёв двигателя. Я обернулся: «Мерседес» резко тронулся с места. Увы и ах, пока нам с ней было не по пути.
Но это только пока.
Вернувшись домой, я стянул мокрые ботинки и поставил их возле батареи. Снял и развесил остальную одежду. Была бы у меня сушильная машина, блин… было бы проще, конечно.
Достал телефон, проверил, не промок ли. А там как раз было сообщение от Петрова:
«Акт сегодня подписать не успел. Будет утром».
Я ответил:
«Хорошо, жду утром».
Завтра наступило для меня в десять утра. Я наконец-то выспался.
Сделал зарядку, умылся и сварил кофе. Телефон не трогал до победного. Хотелось насладиться ощущением выходного дня после крайне тяжёлой недели. Но после завтрака всё же взял его в руки.
В половине одиннадцатого Петров прислал скан подписанного акта. Я открыл файл, увеличил масштаб и сверил текст строка за строкой. Всё было чисто. Только восстановление потолка в квартире, которую я снимал, и подтверждение, что оплачивать ремонт мне не нужно. Никакого отказа от других требований. Я сохранил файл в папку «Ремонт» и закрыл приложение.