— Это тридцать грамм пластида и детонатор с дистанционным управлением, — пояснил я, скрестив руки на груди. — А ещё трекер и микрофон с динамиком. Я буду слышать каждое твоё слово. Я буду знать, где ты находишься с точностью до метра. Попробуешь снять — бабах. Попробуешь экранировать сигнал — бабах. Выйдешь за периметр без моего разрешения — бабах. Нападёшь на кого-то из своих — угадай, что?

— Бабах? — хихикнула Искра.

— Именно, — кивнул я. — Твоя жизнь теперь принадлежит фракции. Буквально. Ты живёшь, пока ты полезен. И пока я держу палец подальше от кнопки «Детонация». Ты будешь искупать кровь потом. Ты будешь делать самую грязную, самую опасную работу, какую я тебе поручу. Но дерьмо, которое ты совершил, смыть не получится. Даже не надейся.

Сокол побледнел ещё сильнее, хотя казалось, что дальше некуда.

— А теперь, — я присел на постель рядом с ним и по-свойски забросил руку ему через плечо. — Открывай свой инвентарь. Пора провести ревизию. Оружие, патроны, лут. Всё, что нажито «непосильным трудом» в банде. Я решу, что тебе оставить. А что пойдёт в общак, как компенсация за моральный ущерб.

Сокол медлил.

— Считаю до трёх, — спокойно сказал я. — Раз…

Перед моими глазами вспыхнуло окно. Предатель сдался. Я начал просматривать список его вещей, и мои брови поползли вверх.

— Ого, — прокомментировал я. — Винтовка СВД… неплохо. Системный прицел. Гранаты… О, а это что? «Кольцо Берсерка»? Плюс пять к силе? С убитого берса снял?

— Мне дали за участие в рейде… — пробормотал он.

— Конфискуется, — отрезал я. — Нам нужнее. Еды у тебя навалом, смотрю. Тушёнка, сгущёнка… Это всё в общий котёл. Теперь давай, материализуй по одной штуке и без глупостей.

Я безжалостно выгребал из его инвентаря ресурсы, оставляя только самый необходимый минимум. Немного одежды, одеяло, пару литров воды и немного жратвы.

— Ты — член фракции «Ратоборцы», — сказал я, завершая обмен. — Звание: Штрафник. Сейчас ты отправишься на работы. Будешь таскать камни, мешать раствор и чинить то, что тебе скажут. И каждый день будешь смотреть в глаза людям, которых вы держали в подвале.

— Лёша, — обратился Олег Петрович, — он может кони двинуть, если его сейчас же впрячь…

— Ничего страшного, — отрезал я. — Женя, проводи его к Борису с Медведем.

Когда они дошли до двери, я бросил на прощание:

— И да, Сокол. Если хоть один волос упадёт с головы любого члена фракции… Я даже кнопку нажимать не буду. Я просто отдам тебя зверюшкам Олеси. Они очень любят свежее мясо.

Сломленный стрелок в сопровождении Жени покинул медпункт.

— Капитан, — я поднялся и протянул руку Ершову. — Спасибо за помощь. Твой навык… впечатляет.