В себя меня привели быстро, микс — действительно волшебное средство, тем более тот, что создан Борей. Здесь даже не нужно объяснять, что я попал под мощное радиоактивное излучение, когда выбирался из бункера.
Скорее всего, те, кто остался там, так же получили немалую дозу, но это лишь начало. В отличие от меня, им придётся долгое время идти пешком по заражённой территории.
А я, как всегда, снова забыл задать нужные вопросы. Меня так трясло от ненависти, что ни о чём другом даже думать не хотелось, кроме как поскорее пустить пулю в лоб этому уроду.
Может, я снова сделал что-то неправильно? Ведь обещал же сохранить ему жизнь. С другой стороны, никакой информации он мне так и не дал, все его слова оказались простым трёпом.
Как всё могло обернуться, не спроси я его о бомбах? Скорее всего, Дикий лишился бы сына, я Ольги, а все те люди, которые послушались и ушли вместе с нами, тоже погибли. Так с чего вдруг я должен держать слово?
Он не собирался мне об этом рассказывать, и не задай я правильный вопрос, не узнал бы ответа. Нет, всё я сделал правильно, такая падаль не должна жить и портить жизнь другим.
Ещё неизвестно как всё могло обернуться, отпусти я его. Наверняка рано или поздно он начал бы собирать силы и, скорее всего, планировать месть. Люди, наделённые властью, никогда по собственной воле от неё не откажутся. И Мазай этому самый лучший пример.
Вся история человечества доказывает лишь одно: к власти никогда не стремятся хорошие люди. И тому есть логичное объяснение. Наделённый полномочиями обязан уметь карать, и не всегда справедливо, иначе его просто лишат этих самых полномочий. И в истории таких прецедентов тьма.
Достаточно посмотреть на то, как жили государства при правителях с мягким характером. Сразу всплывают такие моменты как недовольство, бунт, подняли на вилы и всё такое. Нет, власть подразумевает жестокость, и исключениям здесь не место.
Оттого и выходит, что человек добрый и отзывчивый не желает иметь с управлением ничего общего. Разве что материальные блага прельщают. Ведь кто не хочет жить, ни в чём себе не отказывая?
А самое страшное в том, что бороться с этим нет никакого смысла. На место старых придут новые, и всё будет в точности так же, если не хуже. Любые, даже самые благие революционные идеи рано или поздно вернутся к тирании. Свобода — понятие мнимое, её не существует. За ложной свободой всегда скрывается очередная преграда.
Но я не борюсь с ветряными мельницами, пытаясь побороть систему, это бесполезно. Всё проще: я хочу убить тех, кто издевался над моей женщиной. Мне плевать на людей, которые придут следом, даже если они будут ещё хуже. Пусть делают что хотят, лишь бы нас не трогали.