На папке имелась жирная надпись «Матвею», и всё. Больше никакой информации, по крайней мере, снаружи.

Сорвав пломбу, я заглянул внутрь. Как и ожидалось, в самом начале стопки бумаг имелась пояснительная записка.

' Сын, здесь находятся бумаги, которые тебе необходимо подписать. После этого свяжись с нашим адвокатом, Баталиным, он закончит все остальные дела по передаче права собственности в твои руки.

Жить здесь или там — решать тебе, но всё это также твоё по праву. Компанией временно руководит мой заместитель Дрибас, ты его знаешь. Если тебе что-то нужно, можешь смело к нему обращаться в любое время.

Прости, что не смог тебя дождаться и попрощаться как положено '.

Всё, ни объяснений, ни намёков, где его искать. Сухо и по делу, как, впрочем, и всегда. Вот только сейчас другой случай, и объяснениям было бы самое место.

Что вдруг произошло? Он от кого-то бежал или болезнь его доконала? Тогда почему он не указал, где находится? Как-то странно всё это, если не сказать больше — подозрительно.

Неужели отец и есть тот самый координатор? Да ну, быть того не может! Я его знаю, он бы не стал…

Или стал?

Сейчас голова взорвётся от противоречий.

Ладно, попробую мыслить логически, непредвзято.

Что мне известно о координаторе? Богат, вхож в высокие кабинеты, имеет определённую власть. Его дети стали наблюдателями в Мешке и все оказались там по счастливой случайности или собственному согласию. Не суть как. Важно, что факт остаётся фактом: его дети не живут во внешнем мире.

Все они прошли через странную процедуру насилия и боли, чтобы обрести уникальные способности.

Я не проходил, кажется. Прошла Ольга, но не я, хотя моральную встряску мне пришлось пережить, и неслабую. Ладно, допустим, всё так, но я не стал уникумом. Да есть определённые отклонения от нормы, но не такие, чтобы влиться в ряды наблюдателей.

Не сходится. Но тогда почему такое ощущение, будто меня предали? В очередной, сука, раз.

Я молча перебирал бумаги и ставил на них подписи, даже не заглядывая и не читая. Голова была занята совершенно другим.

Нет, это точно не может быть он, не сходится. Ведь координатор специально отправлял своих детей в Мешок, чтобы не делиться своим добром. Мне же сейчас передают право собственности на всё имущество. Или я сейчас подписываю отказ от наследства?

Я быстро вернул все бумаги в исходное положение и начал бегло читать.

Юридический язык, конечно, та ещё тарабарщина, больше половины условий кажутся непонятными. Однако общее значение вполне доступно: я действительно становлюсь собственником всего, что заработал мой отец. Номера счетов, банковских ячеек, каких-то депозитов за границей, предприятий, дочерних компаний, ценных бумаг и даже каких-то приисков в Африке.