— Минус подкожная броня. — пробормотал я, утапливая спуск в пятый раз. — Минус продвинутые мозги. Нет такой скорости и ловкости…

Упавшая пекари забилась в пыли, крутясь и колотясь о землю, в бессильной попытке подняться. С уже тремя пулями в башке это однозначно нелегко.

— Пробегись. — буркнул я узкоглазому бездельнику.

Прихватив отточенное им же мачете, Каппа открыл дверь и выскочил на ходу. Сумел удержаться на ногах, хотя его и повело позорно к земле. Добежав до агонизирующего зверя, двумя ударами отрубил ему голову и помчался следом за продолжающим катиться по «сумрачной» полосе внедорожником.

— Он очень силен. — заметил наблюдательный консильери. — Такие удары мачете… и ты очень силен и вынослив, лидер Оди. А какие мускулы…

Я ничего не ответил. Промолчал и вернувшийся в салон Каппа, занявшись осмотром и вытиранием лезвия мачете. Машина на ровной скорости двигалась за гребнем длинного холма, прикрытая от системного взора, но открытая всем другим — особенно тем, кто жаждал добычи или был просто тупо агрессивен. Мне требовались и те, и другие. Дивинусы — для практики их уничтожения. Остальные — для подтверждения слов Хорхе, который сам не заметил, как рассказал что-то очень важное. Хотя тут пятьдесят на пятьдесят. Либо реально важное — либо пустышка…

Обычно, когда хочешь чего-то очень сильно — это не случается очень долго. Или наоборот — случается тут же, как по мановению сраной волшебной палочки. Вот только ты к этому не готов и пролетаешь мимо представившегося шанса.

В нашем случае все сложилось почти идеально. Мы двигались по дуге вокруг запретного для нас Комерцио четыре часа. Скучные четыре часа, за которые прикончили еще одного дивинуса — безумное существо, похожее на гигантского лемура, что прыгнул сверху и начал колотиться о крышу и стекла машины — а еще я подстрелил жирную обычную черную свинью, что смотрела на нас с легким презрением. Не ожидавшая такой подляны хрюшка сдохла с протестующим визгом. Наспех слив кровь и выпотрошив ее, мясо бросили в багажник, а сами двинулись дальше, торопясь преодолеть еще хотя бы десяток километров до того, как придется остановиться на привал и заняться капитальным осмотром и полевым ремонтом совсем уж «расклеившегося» внедорожника.

Тут то и упало перед нами дерево.

С классическим стоном, хрустом, даже визгом, сучковатое дерево с гладкой кожистой бурой корой рухнуло поперек узкой просеки этого тянущегося к городу лесного языка. С испуганным вяканьем Хорхе вдавил педаль тормоза, съехал пониже и, переключив передачу, снова ткнул в газ, посылая внедорожник назад. Все-то у этого ушлепка заточено на убегание…