— Это уже не так важно. Деньги заплатили некому Эйдуру Хинриксону, главному полицейскому на острове. Согласно прогнозам Артура, как человек лучше прочих осведомленный о состоянии вооруженных сил, он хорошо понимал, что сопротивление бесполезно. На этом и сыграл эмиссар нашего британского друга, когда назначал рандеву исландцу. Как видишь, сработало.

Пара интервью, немного сместить акценты, мимоходом оценить состояние армии, указать на отсутствие готовности призывников воевать за родину, подчеркнуть низкий уровень боеготовности остальных подразделений, акцентировать внимание на недостатке вооружений — и вуаля, народ убежден, что начинать войну настоящее самоубийство.

Диверсия на уровне социума, военная психологическая операция, саботаж общественных настроений — названий много, суть одна — победить не воюя.

Полицмейстер точно следовал рекомендациям засланного агента, разрушив саму идею возможности сопротивления.

Иногда лучше купить одного человека, чем действовать напролом с применением силы. Проще, эффективнее, дешевле. «Осел, груженный золотом откроет ворота любой неприступной крепости» — так кажется в древности говорили.

— Что-то еще? — я шевельнул ладонью.

Кара в очередной раз сверилась с телефоном. Планшет в машине что ли оставила? С другой стороны, какая разница, все устройства объединены в общую экосистему через облако. Что присутствует на одном, то находится на другом.

— Новостной фон с утра изменился. После выступления Папы СМИ частично переориентировались на католическую церковь.

Я ухмыльнулся. Да уж, видел. По ТВ и в сети запустили компанию разоблачения. Католические священнослужители в роли педофилов. Журналистам ничего даже придумывать не пришлось, брали факты из недавнего прошлого и раскрывали подробности, незаметно вплетая интересные детали об участии самого Папы и кардиналов, как они отмазывали извращенцев-священников, переводя тех в другие приходы. По сути, тем самым давая последним новый контингент для совращений из числа свежих мальчиков.

Потом пошли дальше, углубились в историю. Про женские средневековые монастыри, превращенные в бордели, про индульгенции за деньги, про похоть, алчность и стяжательство.

Вытаскивались реальные истории: молодую маркизу принудил к сожительству под угрозой обвинения в колдовстве, настоятель аббатства согнал в собственный гарем молодых крестьянок и пользовал их по очереди, а когда кто-нибудь приезжал отдавал их гостям, заставляя выполнять все желания.

Отравления, убийства, изнасилования — грязное белье католической церкви выставлялось напоказ, призывая к обсуждению.