— Нас лишают государственности. Более того, национальной идентичности, — упрямо возразил Йохан Болдерсон, занимающий пост министра образования и просвещения.

Бьерн мрачно на него покосился.

— Альтернатива намного ужаснее.

Йон Эйнарссон, самый молодой член кабинета эмоционально воскликнул:

— Мы должны сопротивляться! Показать, что не сдадимся под натиском требований!

Все неуверенно переглянулись. Эйдур Хинриксон, полицейский и представляющий малое подобие того, что можно назвать силовым блоком, покачал головой.

— У нас нет ресурсов на войну. У нас нет людей. Подготовленных людей, умеющих воевать по-настоящему.

— Но на что мы тогда потратили деньги? Разве вы не обещали нам армию? — спросила Берта, с укором глядя на Эйдура.

Полицмейстер скрипнул зубами. После падения национальных правительств и расформирования ЕС и блока НАТО, как организованных структур, они и впрямь пытались создать нечто, хотя бы напоминающее вооруженные силы. Выделили деньги, провели медийную компанию, открыли вербовочные центры, приобрели за рубежом военную технику и оружие.

Хлынувший в пункты призыва поток воодушевленной молодежи оказался столь велик, что даже выявил дефицит в закупленном обмундировании для солдат. Формы и автоматов не хватило на всех.

Но потом пошли новости с континента и настроения переменились. По новостям показывали горы трупов на улицах Европы, массированные удары по городам, бомбардировки и другие ужасы внешнего мира.

Люди вдруг поняли, что это не игрушки и что их действительно могут убить. Даже вчерашние мальчики и девочки, считающие что никогда не умрут, почувствовали страх и неуверенность. Начались дезертирства. С такой же скоростью, с какой они пополнялись, недавно созданные подразделения начали таять. Люди просто бежали, не желая участвовать в этом безумии.

— Те солдаты, что еще не бросили оружие и пока не сбежали, вряд ли смогут что-либо сделать. Или вы всерьез думаете что у них есть шанс на равных противостоять закаленным в боях ветеранам из штурмовых подразделений кланов? — зло огрызнулся Эйдур Хинриксон. — Не стройте иллюзий. Наших ребят с трудом можно назвать ополчением, не то что солдатами. Их раздавят и не заметят.

В зале повисла гнетущая тишина. Правда в словах главного полицейского вызвала страх и оцепенение. Никто не хотел в этом признаваться, но от истины не убежишь.

— Можно обратиться к американским кланам, — несмело предложил кто-то с середины стола. — Попросить защиты.

Президент отмахнулся.

— Мы уже пытались, — напомнил он. — И ничего не вышло.

Это действительно так, понимая, что после Великого Откровения расклады изменились и что старые альянсы канули в небытие, Исландия решила найти новых покровителей из числа кланов привычных стран.