— Не нужно ничего терпеть, милая. — Никита подхватил на руки тельце, иссушенное болезнью, и тут же сияние окутало его словно облако. Узор «Высшего исцеления» переливался глифами «Изначального алфавита», восстанавливая внутренние органы, исковерканные болезнью, очищая кровь, и проверяя все клетки вместе с их ДНК.

Медленно из спины выдвинулись призрачные эффекторы охлаждения, зашелестевшие потоком тёплого воздуха, а узор всё работал, убирая все последствия долгой тяжёлой болезни. Последними начали расти волосы, выдавливая косынку с головы, и расплёскиваясь тонким воздушным золотом.

— Богородице Дево, радуйся, Благодатная Марие, Господь с Тобою, благословенна ты в женах и благословен плод чрева Твоего, яко Спаса родила еси душ наших…

— Отставить мракобесие. — Никита которому такой ворох узоров высшего уровня тоже дался непросто, обернулся на сестёр, стоявших на коленях, сжимающих свои нагрудные крестики в руках. — Девочку, сейчас в палату, отмыть, хорошо накормить, и дать выспаться. Давайте девоньки, шустрее… А когда сёстры скачками унесли девочку куда-то вглубь больницы, Никита повернулся к бледному словно полотно мужчине.

— Понимаю, что устал. Понимаю, что надоели чиновные крысы, но и ты, себя не теряй. Человеком нужно оставаться, понимаешь? И девочек больше не обижай. Ни своих, ни чужих. Не желаешь общаться — уйди. А вот это вот… орать, шуметь, угрожать… не нужно.

Никита снова вышел в холл, где, судя по всему нарастала тихая паника. Персонал носился словно угорелый, а посетители и больные наблюдали всё это с лёгкой оторопью.

Наконец, по лестнице со второго этажа спустился мужчина в белом халате, оглянулся цепким взглядом, и найдя глазами Никиту уверенным шагом подошёл ближе.

— Добрый день, Никита Анатольевич. — Они пожали друг другу руки. — Рад что вы к нам заглянули. Всё-таки это всё, в вашу честь построено.

— Так там написано в честь какого-то Никиты — защитника? — Удивился он.

— Так это вы и есть. — Главврач негромко рассмеялся. — У меня в кабинете даже ваша икона есть. Кстати, я не представился. Иванович, Пётр Николаевич, главный врач этой клиники. Давайте я вас хоть с экскурсией проведу…

— Не нужно экскурсий, Пётр Николаевич. — Никита покачал головой. — Лучше показывайте тех, кого вылечить не можете. А то меня всего — ничего не было, а здесь такие скачки.

— Так, заболевают постоянно. — Главврач, пошёл вперёд показывая дорогу. — У нас конечно в штате десяток целителей, но они тоже не всемогущи. А вы, вон, девочку вылечили, которую мы все уже отпели практически. Где её папа только не скандалил, с кем только не ругался… А мы что можем сделать? Там такой набор болезней… — Он развёл руками и подойдя к лифту, нажал кнопку вызова. — А случаи такие бывают, что без чуда — никак. Вертолёт в тайге упал. Все погибли кроме мамочки и сына, а сыну ноги прижало. Так, когда спасатели прилетели, там уже всё. Только пилить. А что такое пацан шести лет без ног? Всё. Жизнь почитай в унитаз вылетела. Конечно, программы всякие для инвалидов, и прочее… но… это всё не то.