Не найдя нигде ключ от камеры Ганс, высокий мужчина с вытянутым лицом и белыми волосами, достал из кармана отмычки, играючи вскрыл замок на решётке и велел идти за ним. Вспомнив свою роль я, при виде первого трупа пошатнулась, а затем рванула на улицу, чтобы облокотиться о крыльцо и некоторое время стоять в таком вот положении и шумно дышать.
— Время! — жёстким тоном сказал Ганс и, схватив меня за куртку, потянул в сторону забора, где открыл небольшой проход и через территорию соседнего дома провёл меня до припаркованного в проулке автомобиля.
«Продуманные — пронеслась в голове неприятная мысль — Теперь понятно, почему их так трудно выловить. Подстраховка на подстраховке».
Заведя меня в микроавтобус, Ганс отмахнулся от вопросов водителя и выразительно посмотрел в мою сторону, а затем достал из кармана пузырёк и одноразовый шприц.
«Так, а это что такое?» — напряглась я и, вспомнив о роли жертвы, съёжилась.
— Не дури. Это снотворное. Лекарство из больницы, шприц одноразовый — успокоил мужчина, заметив мой взгляд и, с его стороны неожиданно пошла небольшая волна сочувствия — Вон какая помятая. Вряд ли хоть немного спала после тех криков. Натерпелась. Так что давай руку для укола и спокойно спи. Ну или попробуй сопротивляться и тогда мне придётся применить силу.
'Как в нём может сочетаться сочувствие к натерпевшейся много девочке и её перевозка в международный публичный дом для извращенцев? — с недоумением подумала я и, достав руку из куртки, позволила сделать укол. Затем вновь оделась, поудобнее откинулась и закрыла глаза.
В чём-то Ганс всё же был прав. После ночных приключений я долго не могла уснуть. Размышляла над правильностью своих действий. Несколько раз порывалась уйти, но вспомнив о рассказе Бурого и несчастных девочках возвращалась на место. И ненависть, появившаяся в груди после первого убийства, словно становилась всё больше, уже без моего желания впитывая в себя ауру страха, боли и тоски, которые продолжали кружиться в воздухе.
Под эти мысли я как-то незаметно и уснула, а очнулась не самым приятным образом, когда на меня вылили ведро воды.
Ничего не понимая, я под ускоренным восприятием резво вскочила на ноги и начала оглядываться по сторонам. Снотворное всё ещё не выветрилось из тела, поэтому я машинально напитала его энергией.
Из частного и не очень благополучного района Нижнеямска я, каким-то образом, перенеслась в достаточно дорогой и современный банный комплекс. С небольшим бассейном, шезлонгами, симпатичными арками ведущими в душевые. Также помимо меня здесь находилась высокая, крепкая и какая-то мужиковатая женщина в салатовом костюме санитара, и щуплая девочка лет тринадцати в похожей одежде белого цвета, которая стояла с опущенной головой, держала в руках пустое ведро и транслировала какой-то животный страх.