– Он не продается.

– Но именно его купили первым.

– Кто его купил?

– Не знаю. Я спрошу.

– Я же вам говорила, что…

Ты нам ничего не говорила. Но в твоей голове уже мешалось то, что ты сказала, что ты подумала, что ты хотела и что ты сделала бы, если бы не…

– Можно позвонить отсюда? – Макс ужасно расстроился.

– На посту у сестер есть телефон.

– Не надо никуда звонить! – резко сказал Адриа, как будто его поймали с поличным.

Я увидел, как смотрят на меня Макс, Сара, доктор Далмау, Бернат. Со мной иногда такое случается. Как будто я вторгся в жизнь без приглашения и все, вдруг заметив самозванца, угрюмо глядят на меня колючим взглядом.

– Почему? – спросил кто-то.

– Потому что его купил я.

Воцарилось гробовое молчание. Сара поморщилась.

– Ты все-таки чокнутый, – сказала она.

Адриа посмотрел на нее, раскрыв от удивления глаза.

– Я хотел тебе его подарить, – придумал я.

– Я тоже хотела тебе его подарить. – И она тихонько усмехнулась – по-новому, как никогда не делала до болезни.

В завершение больничного вернисажа все присутствующие чокнулись скучными пластиковыми стаканчиками с водой. Сара ни разу не сказала: мне бы так хотелось быть там. Но все же ты посмотрела на меня и улыбнулась мне. Я уверен, что ты простила меня благодаря этой полуправде про скрипку. У меня не хватило духу тебя разуверять.

Выпив с моей помощью торжественный глоток, она повела головой из стороны в сторону и вдруг сказала: надо, чтобы меня подстригли, а то волосы на затылке мешают.

Лаура вернулась из Алгарве черная от загара. Мы встретились на кафедре среди обычной суеты и срочных сентябрьских пересдач, она спросила меня про Сару, я сказал: понимаешь… и она больше не расспрашивала. Хотя мы провели потом два часа в одном помещении, но больше не перекинулись ни словом и делали вид, будто не видим друг друга. Несколько дней спустя я обедал с Максом, потому что мне пришло в голову издать альбом, который назывался бы так же, как выставка, и в котором были бы все портреты. Размером в лист, как тебе кажется? По-моему, это превосходная мысль, Адриа. И оба пейзажа. Конечно с двумя пейзажами. Дорогое издание, хорошо сделанное, без спешки. Конечно хорошо сделанное. Мы немного поспорили о том, кто из нас будет оплачивать издание, и сговорились на том, что заплатим пополам. Я принялся за дело с помощью ребят из «Артипелага» и Бауса. И я радовался, мечтая о том, что мы сможем начать новую жизнь, ты будешь дома, разумеется, если захочешь жить со мной, в чем я не был уверен, если тебе это понравится и если ты выбросишь из головы все свои странные мысли. Я поговорил со всеми врачами. Далмау мне сообщил, что, судя по его сведениям, Сара чувствовала себя еще не очень хорошо и не стоило торопиться забирать ее домой. Доктор Реал права. И для нашего же душевного здоровья лучше пока не строить особых планов на будущее. Нужно научиться продвигаться вперед потихоньку, день за днем, поверьте мне. Лаура остановила меня как-то раз в коридоре около аудитории и сказала: я возвращаюсь в Упсалу. Мне предложили работу в Институте истории языка и…