— Это не Данила, — прошептал Саленко, — Я отчетливо слышал звуки «кх» и «гх».

— Как не Данила? А кто тогда?

— Гортанные сложные звуки характерны для многих народов, но они точно не встречаются у нас, — в голосе Саленко послышалось нетерпение, — Вероятно, это аборигены. Это хорошая возможность наладить первый контакт.

— Я тебе устрою контакт, — придавил парня к земле, — Мы на островке посреди реки и являемся отличной целью как для дикарей, так и для Данилы, если это он. Лежи тихо, не шевелись, это приказ.

Пополз обратно к Аде, передал ей слова археолога.

— Возможно, он прав, я не узнаю из их обрывков ни единого слова. Но чем это нам поможет, разве не дикари на нас нападали? Чем они лучше?

— Согласен… — я замолчал, потому что послышался явственный шум на берегу. По тому, как некоторые звезды исчезли над гребнем берега, понял, что там появился человек. Было слишком темно, чтобы различить человека, но шум становился громче: человек спускался к реке. Нас он увидеть тоже не может, слишком темно, к тому же куча топляка и хвороста опоясывает островок. Но у дикарей отличное обоняние — вот только ветер был в нашу сторону.

Слабый всплеск заставил вздрогнуть — неужели полез в воду? Но всплеск не повторился — на берегу было еле слышное движение, затем вновь послышались шаги. Спустя пару секунд все затихло, но голоса стали чуть громче. Вряд ли это можно было назвать речью современного человека — это были короткие отрывистые слова, или словосочетания.

Саленко подполз к нам удивительно бесшумно для гражданского:

— Ни одного слова на мове, думаю, это дикари.

Я подтянул автомат поближе — передергивать затвор не стал, лязг металла наверняка услышали бы.

— Ждем, если это дикари, они, наверное, уйдут после трапезы. — Мое неплохое обоняние уловило запах жареного мяса. Не знаю, сколько мы лежали, но постепенно голоса начали стихать, а отсвет на листьях дерева стал тускнеть. Я не знал распорядок дикарей — может, они после еды укладываются отдыхать. И вообще, куда и откуда эти люди шли, что решили остановиться прямо у нас под носом?

Прошло пару часов, голосов не было слышно. Скоро рассвет, и тогда нас увидят точно. Угрозы они не представляют, если убить одного или двоих, оставшиеся разбегутся. Но глупо тратить патроны при первой встрече с дикарями, когда нам идти на юг еще тысячу километров.

— Я схожу в разведку, — при моих словах Ада вцепилась в мою руку:

— Не ходи, Арт.

— Если мы дождемся рассвета, нас увидят. Я не знаю, как они вооружены, на этом островке мы прекрасная мишень.

Не слушая возражений девушки, снял спортивную куртку, оставшись в черной футболке. Спортивные штаны темно-синие без полос, их снимать не было необходимости.