Такое привилегированное положение объяснялось просто — в глазах Халов, она по-прежнему была замужней женщиной. Как оказалось, Наик была отдана одному из вождей с востока, представителю другого народа, появившемуся в этих местах во главе конного отряда. Тогда в неравной схвате погибло семеро мужчин Халов и трое досрочно перешли в категорию сардов. Захватчик пощадил селение, взяв в жены Наик, сбежавшую от него буквально перед родами. Халы знали историю бегства, никто не горел желанием столкнуться с разгневанным мужем, когда тот явится за своей женой.

— Как дела, командир? — голос Андрия меня напугал — увлеченный строительством, я не заметил его прихода.

— Как сажа бела, вот, строю загон для козы, Аде приспичило заиметь животное.

— Я все слышу, — отозвалась из хижины моя красотка, — Скажи спасибо, что требую так мало. Могла бы попросить Луну с неба, сам ведь обещал, но не прошу. Из-за одной козы столько шума. Привет, Андрий, а ты когда найдешь себе местную красавицу?

Ада присоединилась к нам — приход Андрия дал мне повод устроить несанкционированный перекур.

— Чумазые они все, стремные, да и я им особо не нравлюсь, — украинец пожал плечами, дескать, такова жизнь, ничего не попишешь. Андрию, как и мне, трудно давался язык Халов. Это не было связано с какими-то трудностями, просто научившись говорить с десяток основных фраз, мы оба на этом застопорились. О чем говорить с этими людьми? Хвастаться размером вчерашнего улова рыбы или поделиться секретом выслеживания оленей? Это в нашем мире было о чем болтать часами, хотя и там я не отличался многословием. А общение в эпоху энеолита, как назвал его Саленко, сводилось к паре десятков фраз.

Мы чувствовали некую скованность Халов перед нами, мы все же являлись пришлыми и невероятно светлыми на их фоне. Местные имели смуглый оттенок кожи, что-то переходное от африканцев к белому типу кожи. Андрий все же сошелся с представителем сардов. В этом году должность принадлежала еще относительно молодому мужчине по имени Тард. Это был один из трех получивших увечья во время нападения конного отряда, что увез Наик.

— Андрий, спроси у своего друга, когда из племени пойдут на меновую торговлю?

— Он мне не друг, — беззлобно проворчал украинец, задавая встречный вопрос:

— Что ты хотела, Ада?

— Ткани, любой, любых цветов. Надо немного обновить гардероб, у женщин свои секреты, — улыбнулась девушка, уходя в дом.

Халы, при всей своей относительной цивильной продвинутости, не обладали секретом ткачества. Ткань привозили во время мена. В четырех днях пути на восток располагалось крупное поселение, возможно, даже городок. Примерно раз в квартал туда шел отряд из нескольких человек, неся с собой кувшины и шкуры животных для обмена. Обратно несли соль, ткани и бронзовые наконечники для стрел и копий.