— Вот ты и допрыгался, «Ходящий в Тень», — голос хозяина особняка звучал негромко и отражал какое-то садистское удовольствие от происходящего. — Интересно, каково это — умирать от моего кинжала? Я никогда этого не познаю, не дано. Но вот ты! Ты можешь, ты же мне расскажешь, каково это, после перерождения. А?

Фэйфэй уже немного пришла в себя, и эти слова во мраке теневой изнанки она прекрасно слышала. Сейчас ее больше всего пугала темнота мира теней, и фея со своим посредственным мышлением сделала нечто очевидное — нечто такое, что должно было, хоть ненамного, но исправить положение. Малая попросту воспользовалась заклинанием «светлячок». Самым банальным и малозатратным. По задумке малой, скрутившей свои ручки неизвестным науке крендельком, простое бытовое заклинание освещения должно было хоть чуть-чуть улучшить видимость. Вот только подействовало оно совсем по-иному. Небольшой светляк принялся неконтролируемо набирать объем, распространяя волны света во все стороны. То, что было скрыто, стало предельно видимым, и Фэйфэй успела обратить внимание на то, как замерла фигура хозяина города. Существо в маске, только что будучи в шаге от убийства, остановилось и уставилось на разгорающееся в теневой изнанке солнце. Никто ничего и сделать не успел: зарождающаяся звезда достигла размеров крупного арбуза, пошла рябью и попросту взорвалась, окатив комнату волнами света. Вместе с этим всех гостей мира теней попросту выкинуло в обычное пространство, причем выкинуло в буквальном смысле. «Ужасный» сбил своей тушей несколько тумб, опрокинув экспонаты. И остановила его только капитальная стена. Рядом, в эту же стену, впечатался и хозяин особняка, причем так удачно, что теперь, сидя на заднице и подпирая стену, попросту не мог подняться на ноги. Зато Фэйфэй никуда отлетать не спешила; слегка ошарашенная, она стояла посреди комнаты с видом нашкодившего котенка, глядя на двух недавно рвущих друг друга бойцов. Оппоненты сидели не двигаясь — силы у бойцов иссякли окончательно.

— Неплохо для никчемного человечка, — с легким хрипом подал голос тип в маске. — Вот только не думай, Аснодей, что я тебя не почуял.

Демоническое отродье молчало. Молчал и Олег, стараясь сообразить, какая связь может быть между этим странным типом и его ручным демоном.

— На этот раз я твое вероломство с рук не спущу, — довольным голосом произнес неизвестный. — Сейчас, подожди, я только восстановлю свои силы, и мы с тобой побеседуем, как в старые добрые.

— Ларанта, это не моя инициатива! — виновато, с паническими нотками в голосе, сдал «ужасного» Аснодей. — Я помню твои слова! Я бы сам никогда!