— Но я должен был догадаться, что может существовать панацея, — упёрся рогом «ужасный».
— Нет, — мягко ухмыльнулся Генка, — всё знать невозможно. И даже не думай себя в этом винить. Ты там вообще был не при делах. Егор чётко дал понять, что пошёл бы за тобой следом даже если бы ты его послал. Ему попросту опостылела подобная жизнь в нищете и впроголодь. Так что ты в той ситуации ничего решить бы не смог.
— Нужно было его послать после первой встречи, — Олег настойчиво искал повод для самобичевания, — пускай впроголодь, но он бы сейчас был жив.
— Вот ты дурак, Бендер. Как был дураком, так и остался. Нет, я ещё почему-то начал думать, что этот мир тебя поменял. Сделал из тебя человека! — Татарин поднялся со стола, наклонился и, схватив Олега за отворот сюртука, хорошенечко того тряхнул, — смотри мне в глаза! Если бы у тебя была эта жемчужина и была возможность помочь Егору, ты бы это сделал?
Глядя в лицо Олега своими жуткими глазами, поинтересовался Татарин. Олег тяжко проглотил подкативший к горлу комок и ответил однозначно:
— Без вариантов.
— Тогда за что ты себя винишь! — выпалил Татарин, — если бы ты сейчас ответил нет, то я бы тебя урыл. Понимаешь? Ты бы и в самом деле оказался конченым мудаком.
Татарин расцепил пальцы, ослабив хватку, и Олег присел на своё место. Татарин, как всегда, был до неприличия груб и честен. Именно за подобное поведение ему и доставалось в том мире. Именно за это его боялись. Но сейчас Генка делал то, что нужно было Олегу, и эта небольшая встряска не прошла впустую.
— Так чего там с моим камушком? — безмятежным тоном, словно и не было никакого сложного разговора, поинтересовался джинн, вернув пятую точку обратно на стул.
— Вот блин, Генка, там просто всё так завертелось. У меня совсем из головы твоя просьба вылетела.
— А что за камушек? — настороженно подобралась одна мелкая любительница драгоценных камней.
— Ах да, вот он, — Олег достал кулон с синим камнем и положил его на стол.
— Камень силы! Откуда он у тебя⁈ — изумлённо выдала Фэйфэй.
— Ну не дуйся ты, малая. Ну не могу я отдать тебе этот камень, — совершенно без стеснения вещал на всю базарную площадь человек, довольно сильно походивший на Татарина тех времен, когда он ещё был инструктором в армейской учебке. — Где я другой такой найду?
Два человека в компании надувшей губки феи совершенно без стеснения бродили по большой, забитой игроками, базарной площади.
— Бендер, ну хоть ты ей объясни, — не обращая внимания на зевак, потребовал Татарин.
— Э нет, дорогой Геннадий, свои проблемы с этой особой решай самостоятельно. Это ты ей зажал камень, а не я.