Путь лежал вверх, к сердцу механизма.

Винтовая лестница давно обрушилась, но для них это не было препятствием. Они подошли к стене, сложенной из грубого кирпича. Правая нашла выступ — выбоину в кладке — и, зацепившись за неё указательным и средним пальцами, подтянула свой вес вверх. Левая тут же заняла позицию выше, найдя опору в трещине старого раствора.

Подъем. Рывок. Правая. Напряжение сухожилий, видимое даже сквозь кожу. Перехват. Левая. Балансировка на большом пальце, пока остальные ищут зацепку. Рывок.

Для стороннего наблюдателя это выглядело бы невозможным. Нарушением законов физики. Как могут мышцы предплечья, которого нет, удерживать вес? Но они могли. Энергия, которая не дала им исчезнуть вместе с Телом, теперь пропитывала каждую их клетку, делая кости прочнее стали, а хватку — мертвой. Они были материальны, но их материя была насыщена чем-то большим, чем просто биология.

Добравшись до металлического помоста, они замерли, «оглядываясь». Сенсорика Рук была удивительной: они чувствовали колебания воздуха, температуру предметов на расстоянии и малейшую вибрацию пола. Они «видели» мир кожей.

Перед ними возвышался Механизм. Громада шестеренок, валов, тросов и противовесов. Бронза, латунь и чугун. Когда-то за этим следил старый часовщик, чье имя стерлось из памяти мира. Теперь хранителями были они.

Механизм «жаловался». Левая уловила тонкую, едва заметную дрожь в полу, исходящую от главного вала. Где-то не хватало смазки. Трение, этот вечный враг порядка, начинало свою разрушительную работу.

Они разделились.

Правая направилась к верстаку, который стоял в углу. Там, среди пыльных отверток и гаечных ключей, лежала старая масленка с длинным изогнутым носом. Правая, обхватила её рукоять, продела указательный палец в кольцо рычага. Масленка была тяжелой, но знакомой. Она пахла старым машинным маслом — запахом, который казался им слаще аромата роз. Это был запах исправности.

Левая тем временем исследовала зубчатое колесо анкерного механизма. Она осторожно касалась зубцов, проверяя их на наличие зазубрин или грязи. Пальцы скользили по металлу с нежностью врача, пальпирующего пациента. Вот оно. Крошечная песчинка, попавшая в смазку между третьим и четвертым зубом. Мелочь для вселенной, но катастрофа для точности.

Левая, подала сигнал — постучала ногтем по металлу. Дзынь-дзынь.

Правая уже была рядом. Они работали как хирургическая бригада. Левая используя мизинец как крючок, подцепила комок загустевшего масла с песчинкой. Правая тут же поднесла носик масленки к очищенному месту. Нажатие. Густая янтарная капля упала точно в цель, растекаясь блестящей пленкой.