Но теперь братья решили, что Эльке пришло время показать на практике все свои таланты. Дольше скрывать девушку не было смысла. Сколько бы Элина не повторяла наизусть правила этикета, это не особо поможет. Ей необходимо было общение с живыми людьми.

Конечно, учёный и дворецкий внесли свою лепту в обучение. К тому же Эштиар постоянно требовал от Эльки вести себя как положено, чтобы потом не возникло проблем. Но они все были мужчинами и не могли объяснить словами, что такое женский серпентарий среди аристократии.

Благо настоящих аристократов в городе было всего двое — мэр и де Гис. Зато желающих быть как можно ближе к «высшему обществу», в Краене оказалось предостаточно. И хранители решили, что Элине в будущем будет намного проще привыкнуть к жизни и общению в столице, а затем и в академии, после тренировки на местных жителях Краена.

Именно по этой причине над Элиной уже около четырёх часов издевались три горничных и её личная камеристка. Причём последняя была свято уверена, что её наняли несколько дней назад и она приехала вместе с племянницей графа из закрытого монастыря. Всё же с магией особо не поспоришь, а не наделённые даром были лишены возможности защититься от её действия.

Воздействовать на сознание людей магией, в королевстве было официально запрещено. Но хранители понимали, что нельзя просто пригласить прислугу и вежливо попросить никому ничего не говорить. В любом случае поползут слухи, от которых потом так просто не избавишься. Соответственно свои соображения они выложили Эльке, а та как-то во время ужина высказала мысль о прислуге вслух.

Морион ужаснулся от предложения Элины и прочитал ей долгую нотацию на тему «ментальная магия — зло в чистом виде, когда направлена на подавление воли». Эштиар лишь усмехнулся, слушая законопослушного учёного. Раньше магов-менталистов боялись и уважали, а теперь считали чуть ли не страшилками из Великого леса. Но ведь никто не предлагал пригласить узкого специалиста ради прислуги, существовали ещё и зелья.

На все последующие попытки Эльки объяснить необходимость такого поступка, де Гис заставил её вызубрить законы Лаорана. Осознав, что Морион самостоятельно никогда не решится на подобный поступок, Эш начал потихоньку подталкивать его к нужному действию. Благодаря хранителям, учёный вскоре сдался. Мысль о лёгком ограниченном по времени воздействии на сознание прислуги, всё сильнее укоренялась в голове графа.

В итоге он лично приготовил зелье для одной из нанятых девушек. За последние пару месяцев де Гис прилично поднаторел в создании зелий. Он же считал, что ему предстоит обучать ведьму, а для тех зелья являлись первостепенным направлением. Вот так и получилось, что теперь Элину готовили к приёму в честь её собственного мнимого приезда.