Следовало быстро решать, что делать, оставаться на месте нельзя. Я покосился на валяющегося негра, сквозь зубы вылетело короткое ругательство. Чертова обуза в виде девяностокилограммовой туши будет мешать. Но и бросать ублюдка нельзя, если возьмут, сразу расколят, узнав, кто стоял за ночным посещением.

Убить придурка? Точнее добить, судя по состоянию он уже одной ногой на том свете.

Мысль мелькнула и погасла. Во-первых, бруклинский бандит еще может пригодиться. Во-вторых, будет неправильно избавляться от напарника при первых признаках неудачи.

— Проклятье, не стоило его брать, — напоследок отведя душу, я приподнял одной рукой Джа — тяжелый засранец, а вторую вытянул в сторону ледяной стены. С другой стороны, в нее продолжали вгрызаться пули, спецназовцы не успокоились, поливая преграду перед собой из штурмовых винтовок, как из садовой лейки. Теперь их стояло пятеро, и все вели ожесточенный огонь.

Психи. Хотя логика в их действиях присутствовала. Любые чары имели запас прочности, особенно защитные, истощить их, значит ослабить вплоть до полного исчезновения.

Это был не акт отчаяния или злости. Спецназ хорошо подготовили, и они точно знали, что делать. Оставалось лишь порадоваться за клан Греев, имеющих на службе таких бойцов и приступить к осуществлению плана побега.

Небольшое усилие, четко скомпонованный посыл и развертка дополнительного заклинания, воздействующего на структурный каркас ледяной стены. Хрустальная поверхность идет трещинами. Миг — и стена взрывается осколками, летящими в строго заданном направлении — в сторону продолжавших стрелять бойцов.

Вспыхивают интегрированные в броню щиты, останавливая первую волну острых осколков. Но вслед за второй, со скоростью пули летит вторая, усиленная дополнительным конструктом, вплетенным на последних этапах создания заклинания.

Угловатые кусочки льда в полете обращаются тонкими иглами, их кончики сверкают ярко синим, показывая предельную наполненность магической энергией. Микроснаряды врезаются в переливающуюся серым защиту, мгновенно перегружая щиты. Интегрированные в броню артефакты вспыхивают и гаснут.

Один удар сердца — и пять фигур в черном швыряет на пол коридора. Экипировка пробита, из многочисленных ран хлещет кровь. Измочаленные тела напоминают поломанных кукол. Против порождения первозданного Хлада не спасла даже самая лучшая техно-броня.

— Вот так, — шепчу я, поднимая Джа. Голова чернокожего гангстера болтается из стороны в сторону, глаза закатились, действие газа еще не прошло.

Как бы не сдох по дороге, будет обидно, старался, вытаскивал и все зря.