— Да снежок, ты заплатишь мне сколько я захочу, а потом я прикончу этих ублюдков из MC-13, прижму сальвадорцев, и стану главным боссом Южного Бруклина, — пробормотал Джа крепко сжимая руль.

Взгляд вновь метнулся через тонированное стекло, и тут же замер. Пространство в переулке пошло рябью, на мгновение изогнулось, и словно превратилось в плоскость.

Джа моргнул, на секунду показалось, что плоскость уходит в бесконечный горизонт. Как, непонятно, ведь вокруг только плотно прилегающие друг к другу здания. Но в следующую секунду наваждение исчезло, плоскость перешла в вертикаль, превращаясь в серебристое зеркало, откуда ступила фигура.

Из горла гангстера вырвался медленный вздох. В этот раз прибытие Проклятого отличалось. Он ступил на землю и по асфальту зазмеились ленточки льда. Тут же зеркало позади вновь приняло горизонтальное положение и начало складываться, превращаясь сначала в тонкую линию, а затем в точку.

Джа вздохнул и полез наружу, параллельно разглядывая своего партнера по бизнесу. Волосы в легком беспорядке, лицо чуть бледнее, чем у обычных белых. Фигура худощавая, атлетически подтянутая. Черты лица хищно заостренные.

Темный костюм, неброский, но дорогой, из тех, что по паре тысяч баксов за штуку. Белая рубашка, без всяких кремовых оттенков, что сейчас так любят модники на Манхэттене. Галстука нет, на ногах удобные туфли из мягкой кожи. Глянешь со стороны — удачливый брокер с Уолл-Стрит, решивший оттянуться вечерком в баре. Пока не заглянешь в глаза. После этого впечатление кардинально менялось. Что бы не скрывалось за серо-стальными зрачками, человеческого там было мало.

Джа не был примерным католиком, но при взгляде на Проклятого, рука сама тянулась перекреститься. Веяло от него чем-то нехорошим, инфернальным, не из этого мира. И это вызывало внутреннюю дрожь.

— Приветствую, — поздоровался он, и чуть не повернул голову посмотреть на оставшийся в Эскалейде MAC-11.

Что за глупость. Эту тварь в человеческом обличье не убить такой пукалкой. Гангстер даже не был уверен, что Проклятого вообще можно убить. Вблизи он еще больше перестал походить на человека. Может это из-за проклятого перехода? Остаточные явления магии, так сказать. Впрочем, какая разница, если ледяной маг решит, что его вызвали зря, то Джа ничего не поможет.

И будто угадав, о чем подумал чернокожий бандит, белый парень первым делом спросил:

— Итак, что сказала твоя кузина?

Сразу к делу, в другое время Джа только приветствовал бы подобный подход, но в присутствии этого белого, он чувствовала себя неуютно. По спине то и дело пробегал холодок, словно предостерегая — не забывай с кем разговариваешь.