Затем последовала, какая-то пара комбинированных нажатий и мольберт вместе со всем инструментарием художника тут же сложился во что-то компактное уже напоминавшее спичечный коробок.

Магия…

— Удобная штука. — невольно произнёс в слух.

— Истинно так. — тут же согласился Ротарь. — Отдал за эту игрушку всю свою зарплату. И если бы не господин Сахиби

Алов, то загнулся бы с голоду, как уважающий себя творец. — художник улыбнулся.

— А я сразу говорил, что ты дурилка картонная! Кто ж спускает все деньги на баловство… — заговорил Ваха.

Рассказать ему, что ли, про Ала и нашего шамана? Ладно пускай эта тайна останется со мной.

— Творца обидеть может каждый. — тихо заговорил казах. — Но Ротаря мне не трожь. Он ещё должен мой автопортрет! — пригрозил ему Анвар.

— Бог с тобой, Эфенди. Но потом не растравливайся, если получится фигня. — хищно осклабился чех. — Завышенные ожидания ведут к болезненным падениям. Тебе ли это не знать, Эфенди? — неожиданно ядовито произнёс Ваха.

— Ты прав. Но это мой выбор, так что Ротаря не трожь. — грубо отозвался казах. — Не понравится, то я сам с него спрошу. Хотя ты, наверное, и не видел его картины на воле? — задумчиво протянул Эфенди.

— Раз я не настолько образованный, как ты, то это не значит, что этим можно, кичиться! — тут же набычился Миркович.

— Тогда разница между нами сотрётся. — не согласился Эфенди.

— А она есть? — Ваха лишь усмехнулся.

— Как между звёздным небом с тьмой красот и печенькой из говна… — продолжил провоцировать Анвар.

— Значит, ты самоидентифицируешь себя с печенькой? — чех лишь усмехнулся в ответ.

— Да ты, похоже, совсем забылся морда небритая. — зарычал казах, мгновенно взявшись за компактный нож для хлеба, а затем и встав из-за стола.

— Поймали тишину сукины дети… — всё же взял я слово, пока эти идиото сами не поубивали друг дружку. — Кажется, вы все немного забылись! — уже практически рыча продолжил я. — Вы часть команды, часть корабля. Так что на время миссии запрещаю все дрязги. Что-то не нравится? — перевёл взгляд на Эфенди. — Сломаю хребет. У вас был выбор, так что подчиняйтесь, иначе, я разочаруюсь. И поверьте… Моё разочарование вам совсем не понравится. — пообещал я, слегка вдавив хлопцев в пол с помощью телекинеза.

До ауры Максимуса мне ещё далеко, но ведь всё ещё впереди? После моих слов парни и правда поймали тишину. Идеально. Не люблю пустые срачи, что перерастают в смертоубийство. Я видел слишком часто, как один убивает другого. Кушают вместе арбуз, пьют коньячок и так слово за слово, один режет другого, и тот закономерно отъезжает в Вальхаллу. Закономерно? Ни чуть. Но такова жизнь, что не стоит и одного слова. Для одного лишь звук, а для втрого повод тебя порешить.