Вкратце это все, что можно сказать, не открывая, собственно, артефакта'.

Профессор выдерживает театральную паузу.

Джек демонстративно поморщился. Мартин не менее демонстративно зевнул. Я демонстративно промолчал.

Профессор продолжает речь:

'Какие же тайны артефакт скрывает в своих недрах?

Сейчас об этом можно только догадываться. Быть может, это образцы неизвестных нам биологических культур, оставленные могущественными хозяевами как подарок последующим расам? Или очередной изыск несравненной по своему изяществу и простоте технологии Магистров, который даст толчок к более рациональному использованию энергоресурсов, что всегда было для человечества одной из наиболее болезненных тем, наравне с экологией и проблемой контроля рождаемости'.

— Он случайно не из «зеленых»? — спросил я.

Очевидно, что профессор рассчитывает найти нечто грандиозное и уже наверняка видит свое имя запечатленным в истории. Забегая вперед, могу сообщить, что одной из своих целей он достиг и история запомнила его имя. Правда, вне контекста его научной деятельности.

Для истории профессор стал просто первой жертвой.

— Он затронул странный набор тем, — согласился Джек. — Об экологии больше всех кричат «зеленые», в то время как контроль рождаемости всегда поддерживался «красно-коричневыми».

— Долго он ещё будет бухтеть? — спросил я.

«Или же там таится нечто принципиально новое, что-то такое, чего мы с вами не можем даже представить и с чем сумеют разобраться только наши более талантливые потомки. Список того, что мы можем там обнаружить, можно продолжать до бесконечности…»

— Чем он сейчас и займется, — сказал Мартин. — Мужика просто распирает. Наверняка он нацелился на Нобелевскую премию Лиги.

— Самомнение данного индивида совершенно явно гипертрофировано, — поддержал Джек младшего по званию.

— Магистры никогда не были похожи на тех парней, что раздают подарки направо и налево, — сказал я.

Пока шел наш краткий обмен мнениями, высокопарные научные изыски профессора Голубева подошли к концу, и, когда мы снова глянули на экран, проф перешел к практической стороне вопроса. Ничего против я не имел. Судя по всему, Мартин и Джек уже по несколько раз выслушивали эту речь, а я же, пропустив часть мудрствований, совершенно спокойно мог это пережить.

«Так или иначе, скоро мы все узнаем, — подытожил первую часть своей речи глава погибшей экспедиции и сразу же взялся за вторую. — Чтобы вскрыть артефакт и исследовать его содержимое, нам потребуется отомкнуть молекулярный замок, для чего, в свою очередь, следует отключить систему энергопитания. Насколько я знаю, система эта сама по себе уникальна. Я конечно же не физик и не могу привести специальные термины. Но, на мой взгляд, это выглядит примерно так: система каким-то образом впитывает в себя солнечную энергию, космическую энергию и даже потоки радиации, также преобразуя ее в энергию… Но и это не все. Нам удалось установить утечку энергии из НАШИХ собственных приборов, аккумуляторов и генераторов… Как это объяснить, я не знаю. Я уже вызвал с Авалона расширенную исследовательскую группу, включающую ведущих физиков и энергетиков Лиги. К моменту их прибытия артефакт будет уже открыт, и капсула будет предоставлена для детального изучения».