— Ваше благородие господин Арн, — дворецкий низко поклонился. — Хозяин нижайше просит вас посетить его скромное жилище как можно скорее. Он просил передать, что имеющиеся у него сведения чрезвычайно важны и обязательно заинтересуют Вас.

Проклятье. Похоже, дело у торгаша и впрямь срочное — раньше он ограничивался посыльными попроще. Да и «как можно скорее»? Убей не могу понять, что такого могло случится. А значит, действительно нужно идти и разобраться с непонятками как можно скорее.

— Ваше благородие, — Рахман, поднявшийся мне на встречу из-за своего рабочего стола тоже поклонился. Не очень глубоко, и с полным ощущением собственного достоинства. — Прошу великодушно извинить меня, что оторвал вас от ваших, несомненно, важных дел… но то, что я узнал, не терпит отлагательств. Вы бы и сами меня не простили, задержи я подобные сведения при себе.

— Весь во внимании, — коротко кивнул я.

Торговец, так решительно настроенный, вдруг замялся, стрельнул глазками вправо-влево, заставив меня удивлённо приподнять брови.

— Дело в том, что я… уж простите, проверяю своих клиентов и партнёров, — наконец разродился признание собеседник. — Насколько это вообще возможно. Всех проверяю, даже самых именитых. И уж поверьте, дальше меня эта информация никогда никуда не идёт!

Охотно верю. Думаю, у аристо за пределами республики найдётся немало способов укоротить чужой слишком длинный язык. Особенно если этот язык стабильно развязывается за деньги. Только вот эта преамбула всё равно нравится мне всё меньше и меньше.

— Как вы, наверное, знаете, в республике любой гражданин может свободно обратиться к архивам и получить доступ к любой официально зарегистрированной информации, — купец явно заметил моё не самое лучшее настроение и затараторил с удвоенной скоростью. — У вашей дражайшей матери такое редкое и красивое имя… И такая необычная история любви, воистину достойная романа…

Торговец осёкся, поймав мой взгляд и на одном дыхании выпалил:

— Мне удалось узнать ваше родовое имя, ваше благородие! Очень прошу простить меня, вы ведь хотели сохранить его в тайне. Уверяю в своём совершеннейшем молчании…

— И это всё, зачем ты меня так срочно звал? — я не удержался и потёр лоб. Идиотизм какой-то…

— Нет. Конечно нет, — внезапно опять перешёл на нормальный темп речи собеседник. — Я посмел побеспокоить вас потому, что до меня дошли достоверные сведения: экспедиционный отряд рубежников под командованием вашего отца, восемь месяцев назад предпринявший попытку пробиться сколь это возможно глубоко во внутренние территории Шрама, признан погибшим в полном составе. Включая командира.