— Мне ещё порцию мяса, — получив от меня разрешающий кивок, попросила Мариша.

— Конечно, уважаемый, — как-то слишком радостно кивнула официантка и на в два раза большей скорости, чем вчера упорхнула в сторону кухни, умудрившись при этом не растерять грязную посуду. И я определённо разглядел лёгкий румянец на её щеках.

— Я не… — рыцарь поглядела вслед «прекрасному видению». Бросила на меня жалобный взгляд, который я, разумеется, «не заметил», и тихо, но тяжело вздохнула. Я, конечно, сам разрешил импровизировать, но ведь и собственную голову иногда надо включать?

— Ванная свободна, — оповестил я, на ходу продолжая вытирать голову полотенцем. Хм, что-то не слышу привычной реакции… ага. Понятно всё. Фирониэль залипла у ростового зеркала, и на внешние раздражители не реагировала. Девушка то отступала на шаг, рассматривая себя целиком, то подходила совсем вплотную, пристально изучая собственное лицо. Что ж, могу её понять: столько промучилась, пока на неё наводили всю эту красоту, а теперь профессионально нанесённый мейк-ап смывать. И фотоаппаратов как назло в этом мире пока никто не изобрел, так что единственный способ сохранить изображение — только у себя в памяти. Впрочем, повторить результат будет теперь достаточно просто — по крайней мере, пока мы в Нессарии. Главное, не придётся вновь выкидывать такую кучу денег — к задатку пришлось ещё двадцать монет добавить. Хотя вообще-то вышло совсем недорого, учитывая хотя бы цену материалов и стоимость работы портных и сапожников. Да и шпага Маши не антуражный муляж для вида, а настоящее, вполне себе качественное боевое оружие. Сдается мне, теперь я знаю, где владелец бутика с торгового этажа Арены в Эрсте свою химеру приодевал…

— Очень здорово выглядишь, — я решил помочь эльфийке определиться с результатом их с Машей дневного приключения. Без всякой задней мысли я обнял свою красавицу за талию и притянул к себе… попытался притянуть. Рона внезапно выставила ладошки и уперлась ими в мою грудь. Я, честно говоря, даже растерялся немного и немедленно прекратил тянуть: ничего подобного за Фирониэль раньше не водилось.

— Здорово, это лучше чем раньше, или хуже? — строго нахмурив бровки и прищурившись, спросила она.

— Эээ, — не знаю почему, но интуиция мне буквально вопила, что на этот женский вопрос честно или хотя бы однозначно отвечать ни в коем случае нельзя. — Я же тебе уже говорил: внешность — далеко не главное. Я люблю тебя, а не твой внешний вид…

Хлоп! Рона резко толкнула меня руками и окончательно вырвалась из моих рук.

— Значит, тебе всё равно, как я выгляжу⁈