— В это никто не поверит, ваше сиятельство, — Вероника снова улыбнулась. — Лично я даже не представляю, сколько вы в итоге выручили за ту тварь, которая вас ранила.

— Я ещё не знаю. Мой агент всё ещё не отчитался. Возможно, он всё ещё пытается вырвать особо ценные куски из лап целителя нашего клана. Так что, как видите, возможны варианты, — я повернулся к Мамбову, который всё это время молчал. — Олег, разве ты не видишь, прелестная Вероника Егоровна сама нас нашла и без той дурацкой таблички, которую ты хотел нарисовать.

Мамбов кинул на меня злобный взгляд. Не понял, я, что ли, виноват, что он всю ночь развлекался, и явно не был готов снова её увидеть? Или же Шиповникова — это повод для этого змея, оправдывающий такую оригинальную психотерапию, которую он себе устроил?

И тут зазвонил мой мобилет. Посмотрев на номер, я невольно нахмурился, потому что номер был мне незнаком.

— Рысев, — ответил я, поглядывая при этом на Мамбова.

— Куницын тебя беспокоит, если ещё не забыл про такого, — раздался в трубке знакомый голос.

— Тебя, Аркаша, я в жизни забыть не смогу. — Медленно произнёс я. — Секунду. — Повернувшись к Мамбову, который приблизился к Шиповниковой, когда я отвернулся, сказал. — Вы тут разбирайтесь без меня, хорошо? О погоде ещё никто слова не сказал, придумаете, в общем. И встретимся у машины. — После чего я направился в сторону машины, в одной руке неся чемодан, а второй прижав мобилет к уху. — Говори.

— Я собираюсь в Москву. Завтра вылетаю на дирижабле. — Сухо сказал Куницын.

— Я выдвинусь примерно через неделю. Давай встретимся в храме всех богов числа двадцать восьмого. — Ответил я ему, останавливаясь перед машиной и опуская чемодан на землю.

— А ты не боишься Новогодний бал у императора пропустить? — в голосе Куницына прозвучала насмешка.

— Нет, Аркаша, не боюсь. Потому что вряд ли боги, если дадут согласие нам слегка помочь, как своим преданным сыновьям, тут же рванут к этой дряни. — Уложив чемодан в багажник, я сел за руль. Со стороны перрона показалась Мамбов с Шиповниковой. Этот придурок даже руки даме не подал. Я только головой покачал. — Кстати, наша подруга не появлялась?

— Появлялась, — в голосе Куницына ехидства прибавилось. — Как оказалось, когда я здесь, а не в пределах её досягаемости, её возможности сильно ограничены. А я-то по первости думал, что просто веду себя как хороший мальчик, поэтому могу даже делами заниматься, а не валяться по трое суток пластом, после её визитов.

— Что она с тобой делала, Аркадий, — серьёзно спросил я, пытаясь представить, через что ему пришлось пройти.