Заменив ружьё на более привычное, вышли из форта. Первым делом подошли к тому месту, где лежала тварь. Точнее, в том месте тварь должна была лежать. Я не знаю, что это было такое, но внешне оно напоминала летягу, только крупнее раза в три. А ещё у твари были более выраженные крылья, да ещё и снабженные длинными острыми когтями. Вот крылья-то мы и подняли, потому что они были отделены от остальной туши.

— Фыра, ты не рысь, ты свинья, — резюмировал я, глядя на творящееся безобразия.

Свинья перестала хрустеть макром и повернулась ко мне. На зажавшую рот ладонью и давившуюся от смеха Машу, она не смотрела. Очень громко сглотнув, она села и принялась делать вид, что ни при чём, и оно само так произошло.

— Ой, не могу, — Маша убрала руку и расхохоталась. — Я даже не заметила, как она убежала.

— Ты переоцениваешь возможности Фыры, — сухо сказал я. — Она не смогла бы самостоятельно открыть ворота. Просто потому, что там засов тяжело открывается. Эта коза просто не заходила с нами. Проскользнула на улицу, а мы внимания не обратили, привыкли, что она без нас никуда не ходит.

— Ты уж определись, кто она: коза, свинья или всё-таки рысь, — всё ещё смеясь проговорила Маша.

— Всё вместе, — я махнул рукой. Рыси не поддаются дрессировке, а воспитывать Фыру, только портить. — Ладно, будем считать, что это её подарок перед уходом домой, за прекрасную работу. Хотя, если разобраться, то она охотилась, а не нам помогала, но со стороны смотрелось красиво.

Я покачал головой и повернул в сторону логово Шелоб. За сто метров до логова стало резко не до смеха. Маша шла осторожно, очень сосредоточенно. Я же, активировал меч. Хотя был практически уверен, что никого в пещере нет. Никого живого, если быть точным. Ну не смогло бы живое существо долго сидеть в пещере, выползло бы хоть раз, а мы не замечали в зачарованном круге никакого шевеления.

Тем не менее, внутреннее напряжение сохранялось. Само это место несло отпечаток безнадежности и страха.

— Мне не по себе, просто дрожь берёт от этого места, — призналась Маша.

— Ты не одинока в своих ощущениях, — пробормотал я, создавая светляка и пуская его в лаз. Ответа не последовало, связь с магическим творением не прервалась. — Ну что, надеюсь, наши богини нас подстрахуют.

— Они не страхуют идиотов, — вполне разумно заметила Маша.

— Чепуха, именно идиотов они и страхуют. Так что, их взоры должны быть сегодня прикованы к нам. — И я первым шагнул в темноту, которую едва пробивал летевший впереди светляк.

Лаз был довольно широким, но низким. Чтобы нормально пройти по нему, приходилось нагибаться. Но он был чистым, без намёка на паутину. Мой огонь в тот раз сжег всё подчистую. И это не могло не радовать, потому что давало надежду на то, что и приятели Шелоб были кремированы.