Неприятно. Маги земли хороши в защите от ГРАЧ-ей. А фокус с невидимостью бесполезен, как я понимаю.
Второй по опасности — Браун Блэк. Насколько я понял, он является главарём всех наёмников, которого нанял Цучияма. У него пятый ранг волшебства и куча артефактов. Так что объём его магии весьма велик. При этом он создаёт световые иллюзии, а кроме того способен применить своими артефактами лазер, пусть и на короткий срок.
Кроме того неприятный момент — «призыв» Джей Роуз. За сутки она призвала более двухсот существ, тела которых после смерти растворялись в воздухе, словно дым.
А такого быть недолжно.
Я имел виды на призывных существ, вернее на их ресурсы для структуры, а в итоге ничего.
Методом исключения тех или иных талантов, а также зная о её покупке «межеры» (черепа имуги), я пришёл к выводу, что она какой-то некромант. Судя по всему, она может призвать и воплотить образ какого-то существа. Чем сильнее, тем больше требуется материалов. На это наталкивало, что она подходила к монстрам и людям, «незаметно» собирая с них волосы или шерсть.
Остальные маги в своём большинстве были слабы. Наёмники же постепенно кончились, иногда став добычей для чудищ британки или иного «дружественного» навыка.
К закату перед полнолунием осталось десять, если считать меня. То есть девять членов «постоянного отряда» и лишний персонаж, которого явно собираются пожертвовать в какой-то ситуации.
Мне наушника для общения с А и Б не досталось, так что сговориться против меня могли в любой момент.
Однако я не ожидал, что до восхода произойдёт столько событий.
— Ты в темноте хорошо видишь? — спросила Джей Роуз.
— Через оптику «Петровки» нормально, а так не очень, иначе бы оповестил капитана о рифах, — усмехнулся «Базилио Браво», то есть я.
— Плохо. Мы покинули территорию Грачёвых. Своей землёй этот рассадник монстров они называть не собираются. Священная пустошь Чёрных Призраков — обозначение местных, считающих это место благородным. Они раньше попобаве девственниц каждый месяц приводили.
— Зачем? — не понял я.
— Есть, чтобы не летал охотиться по деревням. Так местные сами выбирали, кто станет жертвой, а не дикий монстр. Тем более одна девушка в месяц по их мнению не так уж и много, когда чудовище при налёте могло убить сотню и более. Малая жертва останавливала большую жатву.
— А сейчас? — уточнил я.
— Сейчас людей расплодилось больше, а этих тварей русские перебили во всех несвященных местах, остались только в местной пещере. Но зачем и почему я не знаю, да и Цучияму спрашивать бесполезно, не расскажет, — фыркнула британка и пнула камень, явно нарушая меры предосторожности. Впрочем, наш разговор тоже был лишним, но я его продолжил.