— Что-то забирать из артефактов будете? Куда и на каком рейсе отправляетесь? А, вижу по экрану, Псков. Сегодня? — спросил один из вернувшихся мужчин.
— Псков, сегодня, всё нужное уже забрал, — сказал я.
— Хорошо. Груз признан условно безопасным, но рунические пломбы нельзя вскрывать самому минимум сутки, иначе возникнет пространственное поле изоляции, которое будет сохраняться этот же срок. Ваши артефакты-хранилища будут скрыты в «шкатулке Пандоры», мы настроим время разрешённого открытия на полчаса после посадки самолёта. Есть вопросы? — произнёс другой работник.
— Нет, — ответил я.
— По прибытию Вы должны сдать данную тару в течение месяца в любое отделение ТК, иначе последует штраф, но рекомендую воспользоваться аналогичным нашему отделу на транспорте, чтобы освободить кейс и артефакты раньше установленного на них срока, — зачитала очередную часть правил работница. — Вопросы не возникли?
— Нет.
— Тогда можете проследовать в любую свободную кассу вот с этим пропуском, — сообщила женщина, явно бывшая в этой тройке главной, хотя погон на них троице не было.
Я вернулся в кассу и протянул.
— «Особый» багаж можно провозить только на местах высшего класса, и он требует личного сопровождения. С Вас 320 рублей: багаж занимает два посадочных места, это 160 рублей, Ваш пассажирский билет и арендная пошлина на багаж по 16 рублей за пять предметов, это ещё 80, — сообщила кассирша.
Я достал часть денег, которые оказались в трофейных артефактах, и были настоящими, а не изъятыми фальшивками. Отсчитал семь купюр по 50 рублей и протянул.
— Простите, сдача у меня только мелочью. Все обычно безналом пользуются, — сообщила женщина и начала собирать монетки самых разных достоинств вплоть до пятикопеечных.
— Меня устраивает, в форме много карманов, — озвучил я свою мысль вслух.
В это время позади меня с кожаных диванов раздалось:
— Сэр Вильям, откуда у этого курьера столько денег?
— Пф-ф, государственные средства. Казна всё оплатит.
Я получил билеты и отправился на улицу
До посадки было несколько часов, их я вполне спокойно провёл снаружи здания, нарезая круги на автостоянке и при этом изучая книги, запомненные мной ранее.
Хотелось бы найти способ медитации, который не отбивал бы мне мозги. Но подобные были только с полным погружением, а мне это не нравилось.
Я не ожидал этого, но полёт на самолёте показался мне неудобным или даже неприятным.
Высший класс билета, как оказалось, позволял занять место в изолированном плёнкой отсеке на двух человек. В моём случае плёнки были распределены иначе, соединяя сразу два пространства в четырёхместный закуток.