В любом случае я понял: надо бежать во всю прыть. Три снаряда пронзили землю недалеко от нас, а у меня балласт.

— Как только сброшу Аркадию где-то в безопасном месте, можно и вернуться, — пробормотал я, ускоренно сваливая к горизонту.

Гигант с кальмарной головой в это время не был на пике своих сил, так что не успевал увернуться. Самолёты парами заходили снова и снова, устраивая воздушную карусель, затем уходя на аэродромы.

Раны на голове монстра затягивались практически мгновенно, а вот удары по антропоморфному телу создавали бреши, которые зарастали гораздо медленнее.

Местность вокруг поменялась. Мы были в каком-то пригороде со следами срочной эвакуации. Я оставил тело Аркадии на бетонной остановке и нажал тревожную кнопку, после чего побежал назад.

Женщина часто дышала, словно ей снился какой-то кошмар. Но при этом улыбалась, так что вряд ли сон был столь уж страшным.

Снаружи раздался рык, крик или писк осьминога, который был до ужаса противным. Однако в отличие от крика Мозгила, никакого урона я не получил.

Я отодрал вышку связи седьмого поколения. Сейчас она уже устарела, а когда-то из-за таких были митинги. На них сваливали глобальное потепление, падёж птиц и скота, а самые особенные люди заявляли, что через них Империя создаёт на всех клейма и клятвы. Как там было на плакатах? Клеймение населения или клеймезация?

Ну, у кого были эмоции, над этим поржали, да. Мы то своё получили и знали несколько больше простого населения.

Пропаганда-то работала ещё до открытия радио и телевиденья, так что доля истины в словах митингующих была, но концептуально они бредили.

Несущие части вышки состояла из отполированного металла в защитном покрытии и слоя пластика.

Для обычного человека это ничего не значило, а вот ГРАЧ-и с силовой модификацией в ходе городских боёв нередко использовали такое в качестве мечей, пусть они быстро тупились, но первый удар мог рассечь монстра-носорога вдоль где-то до середины.

Так что я позаимствовал тактику и раскурочил достояние какого-то оператора. Да и осьминог мягкий, пара мечей, как мне казалось, должна протянуть долго.

Между тем пока я не выпускал излишек своей энергии. Оставалось ещё две минуты до крайнего срока.

Я хотел попробовать: насколько увеличится моя сила и ловкость, когда нет недостатка в ресурсах.

Как только снаряды от самолёта влетели в цель, я сразу рванул к ноге осьминожки и рассёк её в районе сухожилий.

Ну, вернее там, где у человеческого тела они располагались бы. Вот только у этой твари их не было. Но анатомическая пародия всё равно потеряла равновесие, ведь пострадали и не восстанавливающиеся элементы.