Кир с опаской покосился в сторону неба, и как раз в этот момент солнце выглянуло из-за облака, осветив нас своими тёплыми лучами.
— Э-э-э… — тревожно протянул мой друг. — Лёнь, ты бы завязывал с такими разговорами, ладно? Я уже не столько за свои силы переживаю, сколько за то, как бы нас тут на гриле не приготовили прямо сейчас.
— Ладно, поговорим о чём-нибудь другом, пока лошади отдыхают… — согласился я. — О каком таком незавершённом обучении вы говорили сегодня, что тебя так перекосило?
Кирилл мрачно вздохнул, вновь пристально посмотрев в пляшущие в костре языки пламени.
— Что, теперь настала очередь вскрывать мою подноготною? — скривившись, сухо произнёс он.
— Вскрывать подноготную? — недоумённо переспросила Азрия, не уловив смысл устойчивого выражения. — Уверена, это необязательно.
— В общем-то не хочу держать секреты от тебя, Лёня. Ну а раз их не можешь хранить ты, то пусть и дьяволица послушает.
Лицо девушки не переменилось от услышанного оскорбления, а вот хвост резко дёрнулся в сторону. Впрочем, Азрия не проявила никакой агрессии вопреки моим опасениям.
— Дело в том, что меня призвали вместе с десятком других парней, чтобы мы стали учениками одного паладина и пополнили святое воинство Минакада, — начал свой рассказ Кирилл. — Наш наставник сир Георг повёл отряд желторотых юнцов в первый бой, дабы проверить нас и закалить наш дух. Целью похода оказалась одна деревушка неподалёку отсюда, горожане которой были уличены в поклонении Первородному Богу. Нам сказали, что там сформировался целый культ, члены которого смогли овладеть божественной магией.
— Полагаю, всё оказалось совсем не так, — сказал я, нахмурившись.
— А чёрт знает, как оно оказалось. Мы прибыли в деревню, начали расспрашивать местных, а затем потребовали одного старика впустить нас в его дом с целью обыска. Старик согласился. Вскоре, пока я осматривал подвал, наверху раздались душераздирающие крики ребят, а через миг всё полностью стихло. Когда я поднялся на первый этаж, ни сира Георга, ни старика, ни других учеников нигде не было. А самое жуткое то, что другие деревенские даже не видели, чтобы кто-то помимо меня выходил из дома. В общем, с тех пор моей ноги в этой деревне не было, а к церковникам я так и не вернулся. Светоч Жизни не оставил меня и не забрал силы, и поэтому я решил, что могу впредь служить ему сам по себе.
Я слушал короткий рассказ моего друга, широко выпучив глаза, и не знал, что сказать, когда история закончилась.
— Прости, что скрыл это от тебя, — чуть помедлив, произнёс Кир. — Выходит, я ничем не лучше Ани и Тимура, да?