— Большинство заклинаний так и работает, — ответила Азрия. — К примеру дьяволопоклонники обычно заключают контракты со смотрителем одной из Дьявольских Крепостей и призывают воинов Ада из неё.
— Я погляжу, в этом вопросе ты хорошо разбираешься.
— Я изучала разные аспекты своей природы. Без знаний держать её под собственным контролем куда сложнее.
Оглядываясь на пейзаж вокруг, я приметил, что растительности стало гораздо меньше, а далеко впереди виднелась скалистая пустошь. Даже воздух здесь был значительно теплее, хоть мы и проскакали всего несколько часов.
— Говорят, южные земли Королевства, как и вся Великая Каташиитская Империя, прокляты Минакадом и обречены им на вечную засуху, — произнесла Азрия, от чего я на миг подумал, что девушка читает мои мысли. Но нет, она просто увидела мой взгляд и посмотрела в ту же сторону что и я.
— «Прокляты» — неудачное слово, когда ты говоришь о гневе Всевышнего Бога, — строго заявил Кирилл.
— Разве Минакад не может насылать проклятия подобно другим богам?
Паладин не стал отвечать на этот вопрос.
— А за что ему проклинать эти земли, Азрия? — поинтересовался я.
— Когда-то здесь было сильно распространено поклонение Первородному Богу. Королевство Давитан организовало несколько крестовых походов на юг, с каждым из которых климат там становился всё жарче и жарче.
— И чем закончились эти походы?
— Культ Первородного полностью уничтожили, — безразличным тоном ответил Кирилл.
— Не совсем, — возразила Азрия. — Выжившие последователи Первого Бога скрылись в древнем городе Кардарет, а все входы внутрь запечатали могущественной магией. Со временем печати ослабли, и отныне каждые несколько лет врата в затерянный город отворяются, привлекая к себе толпы искателей приключений и инквизиторов Минакада. Возвращаются оттуда лишь сильнейшие, но среди них немногие сохраняют рассудок и лишь единицы рассказывают то, что они увидели внутри.
— Я только не могу понять, каким образом культ Первородного так разросся, если этот бог никогда не бывал на Аркедоруме и является заклятым врагом самых распространённых религий, — произнёс я, потирая подбородок.
— Обыкновенный нигилизм? — предположил Кирилл. — Люди просто противятся устоявшимся традициям и вероисповеданием, а поклонение Первородному подходит для этого лучше всего.
— Да вот непохоже. Не сам ли Первый защитил своих последователей в Кардарете? И если это сделал он, то зачем? Как я понял, Первого винят за его амбиции и жажду власти, но разве Минакад и другие боги так уж сильно в этом отличаются? Они же начали грызню за освободившиеся территории сразу же, как их общий враг исчез!