— Ладно, привал десять минут и продолжаем движение, — указываю в сторону небольшой прогалины, где поместится наш отряд.

Опускаю на землю сначала стволы, затем снимаю станину и рюкзак со снарядами. Нагрузился я как настоящий ишак, но надо признать, что не особо устал. Потому и народ смотрит на меня с раздражением. Ведь командир тащит самую тяжёлую поклажу, а половина бойцов еле дышит. Утрирую, но люди начали уставать. Что плохо на случай, если придётся вступать в бой с ходу.

Но одно дело ехать по джунглям на машине, пусть и периодически вытаскивая её из лужи, и совсем другое — продираться в духоте сквозь зелёную чащу. Здесь ещё и холмы, поэтому нет смысла говорить о ровной поверхности. Попробуй пяток раз поднимись и спустить метров на пятьдесят, когда у тебя за спиной полцентнера груза.

Вдруг идущий замыкающим Мух, сейчас контролирующий арьергард, подал знак. Народ быстро рассредоточился и направил стволы в сторону тропы. Я давно услышал шаги Доры и Жмыха, оставшихся наблюдать за тем, как «обезьяны» выдвинутся из лагеря. Всё-таки приятно обладать нечеловеческими органами чувств, ещё и уметь им правильно пользоваться. Не знаю, где обучали Люка, но это была очень грамотная и продуманная методика. Ведь важно не только хорошо слышать или улавливать запахи, надо уметь вычленять их среди десятков других шумов с ароматами. Для меня же нормально запомнить чью-то поступь и определить по ней приближение разумного.

Наконец раздался условный свист, и на тропинке появилась парочка бойцов. Народ расслабился и продолжил отдыхать.

— «Обезьяны» оставили десяток охранников, забрав остальных разумных. Ещё люди Ченга увезли на грузовиках все мины с артефактами. Джипы остались на стоянке. Поэтому никаких нападений до вылазки в аномалию. Будем бить их только по возвращении, — произнесла изрядно вспотевшая Дора, сделав несколько глотков из фляги. — Нам повезло, что Ченг оставил в лагере стационарные защитные амулеты. Оно и понятно, глупо тащить с собой такую тяжесть, которая может не сработать в аномалии.

— Плохо, что такой большой отряд приманит какого-нибудь сильного монстра, — отвечаю, грустно вздохнув. — Мне хватило предыдущего похода. Ненавижу насекомых, а особенно пауков.

— Ага! Только они к тебе не приближаются, — хмыкнула блондинка, указав на летающую вокруг живность. — Мы все инсектицидами обмазались, которые потом придётся соскребать вместе с кожей, ещё запах этот мерзкий! А кто-то бегает по джунглям и плевать хотел на кровососов.

Лица бойцов выглядели забавно в разводах специальной мази. Разумные ещё и изрядно пропотели, благоухая специфическим запахом. И мне гораздо тяжелее его переносить, что бы там ни говорила Дора. Что касается насекомых, то спорить глупо. Может, это расовая особенность или приобретённый навык, но приятно, когда тебя игнорирует местная фауна. К сожалению, хтонь придерживается иного мнения. Зато на меня не действует её магия. Однако у этого приятного бонуса есть обратная сторона — роль танка будет играть один наглый тип по имени Люк.