— Сначала пойми, зачем ты хочешь вернуться. Если просто надоело спать в гараже, купи обогреватель. Если нужна жена, придётся менять не адрес ночёвки, а своё поведение.
— Прямо всего себя переделывать?
— Не преувеличивай. Всего тебя переделать никакого времени не хватит. Выбери две главные неисправности.
— Ты опять сравнил человека с краном.
— Кран хотя бы не спорит во время диагностики.
Я убрал инструмент и посмотрел на Сяву. Он улыбался, но глаза оставались серьёзными. За привычной болтовнёй сидел взрослый мужик, который понимал, что сам разрушил свой дом, но не знал, как это признать.
— С людьми всё по-разному, — сказал я. — Одной женщине важнее услышать нормальные слова, другой надо увидеть поступки. Но в любом случае она должна понимать, что на тебя можно положиться, когда станет трудно. Жена не должна жить рядом с очередной проблемой, которую ещё и кормить приходится.
— За мной сейчас можно разве что от дождя спрятаться, если я зонт найду, — усмехнулся Сява.
— Вот и начни с зонта. Потом наведи порядок с работой и долгами. Не приходи к ней с очередной пафосной речью, покажи, что умеешь отвечать за себя.
— Цветы купить?
— Купи. Но одни цветы не докажут, что ты исправился.
— Ты о женщинах говоришь с таким лицом, будто смету считаешь.
— Потому что ошибки в отношениях обходятся дороже.
Сява кивнул.
— Чай будешь? Я хотя бы оплачу работу по-человечески, а помидоры домой заберёшь.
— Сейчас мало времени, я Петю жду.
— Так он уже идёт, — сказал Сява и повернулся к воротам.
Шаги он различал не хуже моего акустического сонара. Через несколько секунд в дверях появился Петя. На нём была пухлая куртка, а в руках он мял вязаную шапку. Увидев нас вместе, Петя помрачнел.
— Максим, поговорить надо. Только давай без посторонних ушей.
Сява прижал ладонь к груди.
— Какие ещё посторонние уши? Я сегодня почти не разговаривал.
— Ты не разговариваешь только во сне, — ответил Петя. — И то, думаю, жена поэтому тебя и выгнала.
— Человек попросил совета, а вы уже по больному месту, — возмутился Сява.
Я закинул сумку на плечо и вышел. Сява проводил нас оскорблённым взглядом, но дверь не закрыл. Через минуту он наверняка собирался случайно пройти мимо моей мастерской. В кооперативе любопытство считалось не недостатком, а чем-то вполне себе естественным.
В моём гараже Петя задержался у входа. Он бывал здесь раньше, но каждый раз осматривался так, будто не верил, что помещение изменилось. За короткое время мы утеплили стены и заменили проводку. Появились верстак, нормальный свет и место для материалов. Камера смотрела на ворота, а возле стола висела доска с заявками. До полноценной базы было ещё далеко, но склад ржавого хлама уже стал мастерской.