— Максима, — тихо сказала Алёна. — Он должен был поставить жучок?
Сергей кивнул. Алёна поставила чашку, и улыбка исчезла с её лица.
— Значит, ты скрыл от меня прослушку и дал Григорию базу. Потом удивился, когда он привёз сюда раненого человека и решил его сломать?
— Я не поручал никого ломать, — Сергей повернулся к ней. — Мне нужны только записи. Григорий должен был рассчитаться и получить подтверждение работы. Про признание на камеру я не знал, а Олег не получал от меня приказов.
— Ты дал Степцову свободу и разрешил прикрываться своим именем. Ему этого хватило.
— Я недооценил его самодеятельность.
— Нет, Серёж. Ты решил, что он побоится делать глупости в твоём доме. А Гриша решил, что твой дом защитит его от последствий.
Сергей вернулся к столу. Спорить было трудно. Левин заранее подготовил бумагу, которая делала Смирнова единственным виновным. Даже если адвокат не рассчитывал на драку, ловушка была готова.
— Я разберусь с Григорием, — сказал Сергей, сцепив пальцы. — Больше он не воспользуется базой или моими людьми без прямого разрешения.
— Дело не только в нём. Ты мог рассказать мне про Лику и Виктора. Я работаю с нашими документами, знаю подрядчиков и понимаю, чем всё это может закончиться. Вместо разговора со мной ты выбрал тайную операцию.
— Я не хотел тебя втягивать.
— Ты уже втянул. Всё происходило на нашей базе, рядом был наш адвокат, а Григорий прикрывался твоим именем. Если бы Максим написал заявление, полиция пришла бы сюда.
Сергей потёр переносицу и устало выдохнул.
— Ты права. Я ошибся, нужно было рассказать тебе и сразу ограничить Григория.
— Вот теперь звучит нормально, — Алёна снова взяла его за руку. — Вечер всё-таки вышел полезным. Олег понял, что большая шея решает не всё, а ты познакомился с семейным контролем.
— А Гриша?
— Получил счёт. Надеюсь, ковёр тоже оплатит он.
Сергей посмотрел на пятно от виски.
— Обязательно, иначе решит, что ему всё дозволено.
За дверью показалась сотрудница с подносом, увидела хозяев и тихо ушла. Персонал хорошо чувствовал, когда семейный разговор лучше не прерывать.
— Что ты думаешь о Максиме как о партнёре? — спросил Сергей.
Алёна немного подумала.
— С ним нельзя обращаться так, как сегодня пытался Григорий. Нельзя дать половину информации, припугнуть чужим именем и ждать благодарности. Раньше Максим мог сломаться ради близкого человека. Этот уже не сломается. Посмотри, кто рядом с ним. Крамова передала ему объекты, а Богряцкий вернулся к работе, хотя после смерти Орлова посылал почти всех. Рабочие слушают Смирнова не только из-за денег, они ему верят.