— До завтра, Алекс, — отозвался мужчина, в его голосе слышалось недоумение. Я и сама не понимала своего состояния и спешила уйти от приводящего меня в смятение незнакомца.
— До завтра, — эхом произнесла и, утопая по щиколотку в ещё тёплом песке, я в буквальном смысле сбежала. По дороге домой ругала себя за глупое детское поведение, за ненужные сейчас эмоции и за странную тягу к человеку, которого я совершенно не знала. Только у ворот особняка Пембертон я немного пришла в себя, приходя к логическому выводу, что во всём виноваты запоздалые гормоны молодого тела.
— Мисс, я кран проверил, течь устранил. Дверь смазал и шкаф в комнате миссис подправил. Стёкла теперь надо заказать, и плитка на полу кухни откололась, её бы заменить, — отчитался нанятый мной работник, едва я переступила порог дома.
— Отлично, спасибо, — рассеянно поблагодарила, взмахом руки пригласив мужчину следовать за мной. И только проверив выполненную работу, убедившись в её качестве, я, отсчитав половину оговорённой суммы, произнесла, — часть отдам завтра, когда закончите. Стёкла закажите сами, я на месте рассчитаюсь, с плиткой повременим.
— Как прикажете, госпожа, — равнодушно пожал плечами работник, ссыпав монеты в карман, — завтра с утречка я значит к вам?
— Да, — коротко ответила, прислушиваясь к звукам дома, но тихих, шаркающих шагов миссис Джоан так и не услышала.
— Тогда я пойду?
— Конечно, — натянуто улыбнулась, проводила мужчину к выходу, дождалась, когда он покинет территорию особняка, тщательно заперла дверь и развернулась было к кухне, чтобы тотчас испуганно отшатнуться от вида жуткой, бледной тени, колыхающейся на лестнице.
— Электричество в порядке, его отключили из-за неуплаты, — недовольно пробормотала тётушка, напугав меня до ужаса своим обликом и замогильным тоном голоса.
— Могли предупредить, я бы погасила задолженность, и сейчас мы бы не сидели в темноте.
— На кухне пирог с мясом и кофе, — не отреагировала на мою претензию миссис Джоан, медленно спускаясь по ступенькам, — ты видела Флойда?
— Уже успели донести? И кто? Тётушка Джулия прибегала? — на ходу поинтересовалась, направляясь на кухню, — и что ей надо?
— Ты правда подала заявление и обвинила его в воровстве?
— Да.
— Так нельзя, Алексия! — возмущённо воскликнула тётушка, уставившись на меня таким взглядом, будто у меня как минимум выросли рога, — что скажут о нас люди?
— А что они скажут? — деланно удивилась, отрезав кусок чёрствого как подошва пирога, в котором мясо было размазано по стенкам тонким слоем.
— О семье Пембертон пойдут разговоры, нас перестанут приглашать в приличное общество, от тебя откажется Генри, и ты останешься старой девой!