— Алекс Стоун. Я по поводу работы…

— Что у тебя за акцент? — нахмурилась блондинка.

— Немецкий, — пожал я плечами и добавил: — Наверное. Отец был военным, и мы долго жили в Германии.

— Бледная кожа, голубые глаза, светлая шевелюра… — хмыкнула девушка. — Могла бы сама догадаться. Присаживайся, Алекс Штейн. — блеснула блондинка эрудицией, произнеся мою фамилию на немецкий манер.

Как ни крути, но прикидываться человеком из Германии в это время проще, чем говорить о России. В Германии в 80−90-х размещалось множество американских военных баз, и немецкий акцент не вызывает у местных обывателей никаких подозрений и вопросов. Гораздо проще сказать: «Мой отец был военным, и мы жили в Германии.». Это звучит логично и правдоподобно…

— Оу! Фрау Хадсон знает дойч? — усмехнулся я, выбрав стул и сев напротив рабочего стола юристки.

— Немного. Учила в школе, потом продолжила в колледже, — пожала девушка плечами. — Как и французский, и испанский… Но без практики всё забывается…

Она изучающе посмотрела на меня, кивнула своим мыслям, захлопнула папку с бумагами, отодвинув её на край стола, и сцепила пальцы, положив руки перед собой.

— Обычно я не нанимаю парней… Но за тебя попросили — сказали, ты не полный идиот. Ладно, давай попробуем, — решительно произнесла хозяйка кабинета. — Расскажи мне, где ты раньше работал и что умеешь…

Да уж… Отличное начало… Что я ей скажу? Про двадцать лет службы в Военной прокуратуре России? Хотя, чего я ещё ждал?

Можно было соврать, приукрасить резюме, и надеяться выехать на своей смекалке, удаче и знаниях… Но реально — что я умею и знаю, кроме российских законов? Здесь эти знания бесполезны. Здесь я полный ноль.

На этом моё собеседование, скорее всего, и закончится…

— Я работал уборщиком в школе и газонокосильщиком, — произнёс я, заметив лёгкую усмешку на губах девушки. — Правда, не очень долго.

— Кофе готовить умеешь? — удивила меня неожиданным вопросом блондинка.

— Умею.

— Ну и хорошо, — удовлетворённо кивнул она, поправив очки на переносице. — Ты принят на должность личного ассистента младшего юриста. У тебя есть какой-то костюм, а не эта дурацкая рубашка?

Да что вы все прицепились к этой рубашке? Нормальная рубашка!

— Есть, — вздохнул я.

— Отлично! Завтра в восемь утра ты должен быть на рабочем месте. Пропуск я тебе оформлю, — по-деловому распорядилась моя новая начальница.

— Что мне нужно будет делать?

— Помогать мне, — задумчиво произнесла Мишель Хадсон, откинувшись на спинку своего кресла. — Следить за расписанием, отвечать на звонки, разбирать бумаги, ну и готовить кофе по утрам. Я пью чёрный, без сахара. В общем — ты должен быть там, где нужно мне и когда нужно.