«Разговаривает громко, с лёгким южным акцентом. Харизматичен, уверен в себе, но за простоватой, „своей в доску“ манерой, явно скрывается холодный расчётливый бизнесмен…» — автоматически отметил я, формируя у себя в голове психологический портрет визитёра.

— Почему не с сами Хадсоном, тогда? — не удержался и поинтересовался я, удостоившись гневного взгляда со стороны Мишель.

— Не нравятся мне эти откормленные, сытые и довольные жизнью юристики, — пренебрежительно произнёс незнакомец. — Хочу работать с молодыми — злыми, голодными, готовыми грызть глотки и принимать рисковые решения! Хадсон был таким в молодости, сейчас он уже не тот…

— Понятно, — усмехнулся я и решил всё же представиться: — Моё имя — Алекс Стоун…

— Стоун? — растерянно замер мой собеседник на секунду, сузив глаза. — Хм… У тебя не фамилия отца? Хотя, понимаю… — он благосклонно покивал. — Не хочешь пользоваться родственными привилегиями. Похвально! Одобряю! Главное — что ты мужчина! — напомнил он мне, а то я уже стал сам в этом немного сомневаться.

Мишель нахмурилась ещё сильнее, открыла рот, явно собираясь прервать этот цирк с конями и расставить все точки над «i», но так и не успела вставить своё веское слово…

— А то эти бабы! — громко пророкотал техасец густым басом. — Нет им никакого доверия! Вот твоя помощница, например… Симпатичная, конечно… — пренебрежительно кивнул он в сторону Мишель. — Симпатичное личико, ладная фигурка… Но, наверняка, дура дурой! Разве ей хватит ума вести дело так, как мужчине?

— Сомневаюсь, — едва заметно усмехнулся я, мельком переглянувшись с истинной хозяйкой кабинета.

— Именно! — радостно воскликнул мужчина. — Я о том же…

— А вы, простите, кем будете? — наконец поинтересовался я, вопросительно наморщив лоб.

— Роберт Хендерсон, — выпятив грудь колесом и на мгновение приподняв шляпу, представился мой собеседник. — Для друзей — Боб!

Хм… Это имя должно было впечатлить меня? Впервые слышу…

— Роберт Хендерсон? — удивлённо пробормотала Мишель, нарушив своё затянувшееся молчание. — Тот самый Роберт Хендерсон?

— Хм, дамочка… — Боб снисходительно улыбнулся, скользнув по фигурке блондинки и её ножкам внимательным взглядом. — А вам не говорили, что влезать в разговор мужчин — это некрасиво? Отец вас ничему не учил? — он осуждающе покачал головой. — Ох и молодёжь нынче пошла… Хотя, с вашей внешностью… Это простительно…

Я видел «юридически корректное бешенство» Мишель — это когда она ещё не орёт, не матерится, но внутри уже составила иск на пятьдесят страниц и собирается засудить оппонента до трусов. Вот именно так сейчас выглядели её злые морщинки на лбу и покрасневшие от гнева щёки. Странно, что она ещё держалась и ничего не высказала техасцу обидного в ответ.