— Гансик, данке, — пропела она звонким детским голоском, прижимая игрушку к себе, и глаза немчика почему-то наполнились влагой. Откуда знать, кто ждет его на далекой родине, мама, жена, дочь? Фрау Мюллер? Мэдхен Марта? Или такая же, как Наташа, маленькая Гретхен с пшеничными косичками?

Потом были и другие игрушки. Мастеровитый Ганс легко находил глазами среди детворы игривую девчушку и иногда совершенно безвозмездно, с какой-то тайной нежностью и удовольствием вручал ей очередную свою поделку. Так у младшего брата появились необычные резные рамки для фотографий в которые он вставил портреты старшего брата и отца, так и не вернувшихся с войны. В этом был какой-то тайный смысл, какой-то посыл, ведомый только тому мальчонке. Он смотрел на них, улыбающихся с фотографий в немецкой рамке и мысленно с ними разговаривал. Для него и сейчас и потом, и навсегда они останутся живыми. Смотрел на них и уже почти не плакал. И они понимали его, а он слышал и понимал их. Так и стоял молча, вглядываясь в родные до боли лица. А у Наташеньки до сих пор сохранилась расписная шкатулка в которых маленьким девочкам принято хранить свои секреты, а девушкам и женщинам украшения, подаренные любимыми мужчинами.

Неумолимо летели годы. Наташа выросла, вышла замуж, поколесила с мужем по большим и малым стройкам страны. Последняя великая стройка застала их в Белоруссии, и там же их застал развал Советского Союза - великой державы, победившей фашизм, но не сумевшей противостоять разгулу демонократии, коррупции и торгашества. Похоронив мужа, Наташа тихо жила с собакой и кошкой в своем стареньком доме в белорусской деревушке, изредка приезжая к дочери в соседний город погостить и пообщаться. В один из таких приездов и был ей презентовано дочерью чудо-юдо современной техники – робот-пылесос. К слову заметить, зять у дочери был очень толковый барыга-экспериментатор и, хотя знающие люди говорили, что слово барыга к нему никакого отношения не имеет, сам он себя, чисто ради хохмы, иногда именно так и величал. Поясняя при этом, что настоящий российский инженер, отработавший во времена студенчества на торговом рынке в Лужниках, всегда может к диплому инженера приложить свидетельство о прохождении практики в области частного предпринимательства, и гордо величать себя – “барыга со стажем”. Таким образом, во время одного из экспериментов, каким товаром еще осчастливить страну мою родную, был ввезен из далёкого Китая робот-пылесос с соответствующими рекомендациями – «…номер 1 в Германии, самый лучший, стильный, бесшумный робот...» и тд. То, что сделан он по немецким лекалам, стало понятно с момента включения. Вежливый немецкий баритон промурлыкал: «Гутен таг…», а затем, еще чего-то добавил на языке «фатерлянда» и с энтузиазмом начал уборку. Но видимо память предков, блуждавших когда-то по белорусским лесам, заставляла его осторожничать, карту помещений выстраивал нечетко и, видимо опасаясь заблудиться, нервно тыкался в различные препятствия, но работал очень тихо, был невероятно красив, элегантен, но и стоил соответственно.