И вот по этой самой причине седого, уставшего от жизни и мечтавшего о покое и винограднике где-нибудь у моря, Драга, направили охранять юного наследника княжеской четы Паррис.
— Все ли в порядке молодой господин? - спросил воин, открывая дверь комнаты.
Покои юного князя представляли собой помещение с высоким окном и широким подоконником, выходившим на дорогу у стен замка. Брусчатая дорога, ведущая на Север. У правой стены расположены были книжные полки высотой в средний рост человека для удобства, письменный стол из лучшей древесной породы, украшенный резьбой, и длинное кресло, с мягкой лиловой подушкой. В общем плане комната не сильно изменилась с момента его прошлого визита несколько часов назад. Юный господин его с глазами полными ужаса вжался в подушки на кровати и смотрел в сторону окна. Его светлые волосы были спутаны, а на коже остались следы смятой простыни. Юноша не поворачивая головы медленно кивнул воину и продолжал смотреть неотрывно на окно. Воин была удивлен не меньше своего господина. Одна из створок была распахнута и в оконном проеме стояла девушка, не самым удачным выбором для посещения спальни которой была ночная рубашка. Лунный свет сегодня был необычайно ярок.
— Аккуратнее надо быть юная леди, — Драго сделал шаг вперед и протянул руку девушки. Та, отчего-то сначала опасливо покосилась на многометровую высоту на спиной и нерешительно оперлась на руку воина. — Вы ведь могли пораниться, - добавил он, закрывая окно. Все же надо напомнить садовнику, что плющ на стенах замка это конечно красиво, но Ройнара явно не переживет уже третье за этот год путешествие своей дочери по стенам в сторону комнаты юного князя. Но в этот раз девушка действительно зашла слишком далеко. Воин взял с подоконника первый попавшийся кусок материи и протянул девушке. — Вот, замерзли наверное, — ее лицо явно говорило о том, что она только сейчас, находясь в покоях двоюродного брата осознала какой опасности себя подвергла и что ей может быть за ее проступок, но с той же скоростью ужас сменился ехидной улыбкой и игривым подмигиванием князю, потому то шалость-то удалась. — Что-нибудь еще нужно? — князь отрицательно покачал головой. На лице уже давно снова возникла свойственная ему задумчивость и суровость. Драг был рад такому исходу событий и поспешил обратно к своему креслу в коридоре, раздумывая над тем сколько он успеет поспать, пока его караул не сменит Лионель. Он не считал разумным оставлять этих двоих наедине, но пусть уж сами следят друг за другом. По шестнадцать весен каждому, не маленькие разберутся и в приличиях и в правилах.