— Пора уже, а то мне, честно говоря, неуютно с этими существами наедине. Не доверяю я им, — сказала Сирин, — тупые безмозглые твари!

— Вообще-то, нет! — сказал я, — у меня есть один знакомый троглодит…

— Знакомый? — чуть не задохнулась от удивления Сирин, — ты серьёзно?

— Ну да! — сказал я, — тебя это удивляет?

— Конечно! — усмехнулась Сирин, — удивляет до такой степени, что я тебе просто не верю!

— Дело твоё, — пожал я плечами.

— И как вы с ним знакомы? — Сирин всё же было интересно, — как его зовут?

— Как зовут, не знаю, — честно признался я, — может быть, у него и имени-то нет никакого.

— Так как же вы знакомы? — удивилась Сирин.

— Мы вместе оказались в камере смертников и спланировали побег. Удачно! Но для этого нужно было договориться. Он говорить не мог, но меня прекрасно понимал и отвечал знаками и действиями. В общем, мы сбежали, и наши пути разошлись, — сказал я.

— Тю! И всё? — усмехнулась Сирин, — может быть, это было просто…

— Что просто? Длинная череда совпадений? Нет! Мы общались и воплотили план побега. Это было! Но потом мы ещё виделись, и он меня узнал. Я попросил его уйти с территории, на которой он охотился, потому что там раньше жили другие существа. Он согласился, в память о нашей дружбе, — сказал я.

— Блин, звучит невероятно! — призналась Сирин.

— Ты вспомни наш сегодняшний день, — сказал я, — это всё было, по-твоему, вероятно? Это ты ещё оргию кролей не видела!

— Опять ты про оргию! — обрадовалась чему-то Сирин, — сильное впечатление?

— Сильное, но не такое, как тебе кажется, — сказал я, — жесть!

— Кстати! — вдруг вспомнила Сирин, — верни мою причёску!

— Конечно, держи! — протянул я ей парик, который до сих пор держал в руке, — совсем забыл про него!

Мы вышли в ту же дыру, куда перед этим исчезли наши.

— Слыхали, Алик говорит, что с троглодитом одним дружит! — сказала Сирин.

— Ш-ш-ш-ш-ш! — зашипела на неё Фая.

Певица сразу же осеклась и тревожно начала смотреть по сторонам.

Все прятались за большим обломком стены, практически не высовываясь наружу.

— Что происходит? — спросил я.

— Пытаемся понять, — сказал Топор, — какое-то движение в районе стадиона… не «Локомотива», естественно, а местного, вон того! — он махнул рукой, — и бункер Сталина находится там же.

— Прямо на стадионе? — спросил я.

— Ну да, — кивнул Топор, — не на поле, понятное дело, но там.

— А где поле-то? — удивился я.

— Вон за теми низенькими постройками, — сказал Топор, — я тоже не очень хорошо здесь всё помню, но это вроде уже часть комплекса трибун. Они сами дальше вправо!

— А чего вы напряглись-то? — удивился я.