— Ого, какая сумятица началась, — подал голос незнакомый мне толстяк со второго ряда. — Вы смотрите, смотрите!
Народ загалдел, глядя на суету, царящую на всех экранах.
— Обновление, — с удовольствием причмокнул Зимин. — Уж на что я неэмоционален, но и то, всякий раз глядя на происходящее, испытываю сложную гамму чувств, прямо как при поедании дуриана.
Насчет дуриана ничего не скажу, не пробовал, но толстяка этого запомню и непременно при случае добром ему за добро отплачу, слово даю. Вовремя он подал знак для всеобщей суеты.
— Ой-ё, — шепнул я на ухо Вике и потер живот. — Слушай, я отойду ненадолго.
— Как всегда, на редкость вовремя, — недовольно буркнула та. — Что ты за человек?
— Бывает. Срать да родить нельзя погодить. — Я встал с кресла и двинулся в сторону выхода. — Ты пока за главного. Хотя все равно до нас сейчас никому дела нет.
Собственно, и коллегам моим, похоже, все эти игровые страсти были не слишком интересны. Нет, Марианна и Ксюша делали вид, что происходящее их крайне интересует, но Таша, например, куда более была увлечена изрядных размеров леденцовым петушком на палочке, братья-разбойники потихоньку достали смартфоны, а Петрович так и вовсе что-то рисовал в блокноте. Проходя мимо, я бросил взгляд на рисунок и увидел, что это шарж на Валяева. Он был изображен в виде Наполеона, держащего в руке рупор, из которого вылетало слово WOW.
Надо будет после это произведение искусства изъять, в рамочку вставить и при случае Валяеву же подарить.
Выйдя в межрядовый проход, я бросил взгляд в сторону руководства «Радеона», которое, в свою очередь, не без удовольствия созерцало всеобщее воодушевление и, несомненно, было довольно происходящим. Впрочем, мои телодвижения не остались без внимания, Валяев даже привстал — то ли для того, чтобы меня остановить, то ли для того, чтобы что-то сказать, но его левую руку немедленно припечатал к подлокотнику кресла Азов, а правую — Зимин. Причем последний еще что-то негромко произнес, настолько веское, что Валяев отвел глаза в сторону.
— Поспешите, дражайший шеф, — тихонько сказала мне Шелестова, сидящая с краю. — Минуты бегут быстро. Вдруг не успеете добраться до нужного места вовремя.
Вот же язва. И не придерешься, вдруг она слышала ту версию, что я Вике выдал?
Хотя… Ну, знает она, кто такой Хейген из Тронье — и знает, велика ли беда? Вот если эта информация по «Радеону» пойдет гулять — это плохо, тут каждый второй у кого-то из топовых кланов на жаловании состоит. А Ленка — совсем другое дело.
Да и к тому же для особо пытливых глаз мой нынешний уход вряд ли пройдет незамеченным. Уверен, та же Верейская это точно приметила. Но и она наверняка промолчит, прибережет этот довод до поры до времени.