Водитель сидел в машине и смотрел видео-приколы на планшете. Привычное занятие — ждать приказа хозяина. Даже если и не понадобится — все равно надо быть в машине. Он вздохнул, подумав об охранниках. Вот им уж точно нескучно. Наверно водочкой балуются… Ну ничего. Когда хозяин закончит с телкой, отдаст ее своему «персоналу». И тогда они все тоже… пошалят. А может и не отдаст, у него всё от настроения зависит.

Вдруг в стекло постучали. Он вздрогнул, повернул голову. Снаружи та самая телка, что-то сказать хочет. Опустил стекло.

— Чего тебе?

Та криво усмехнулась. — Он велел сказать…

В следующий миг молнией сверкнул клинок, вонзившись прямо в глаз. Глубоко, до самого мозга…

Лэйя пересекла двор и решительно постучала в дверь, за которой обитали охранники. Свой смертоносный клинок держала в опущенной руке, лезвием вверх, укрыв за предплечьем. Послышались грузные шаги, дверь отворилась. Дюжий охранник удивленно воззрился на непрошенную гостью.

— Ты чо тут?

— Я домой ухожу. Мы не договорились. Пропустите меня.

Тот покачал головой. — Ничего не знаю. Сейчас спрошу. — Достал телефон и принялся пикать кнопками. Послышались гудки. Один… второй… третий… Он подозрительно глянул на девушку.

— А ты не…

Договорить не успел. Амазонка взмахнула рукой и клинок рассек горло от уха до уха. В следующий миг она ринулась в комнату. Второй охранник сидел на стуле. Вытаращив глаза, ругнулся — Ёп! — И потянулся к кобуре. Но не успел. Нож метнулся вперед и пронзил ему сердце…

Убийца стояла недвижно, любуясь на дело рук своих. Взгляд упал на мониторы, связанные с камерами наблюдения. Она уже знала, что это такое. Всё как в телефоне. Идет съёмка, а результат записывается… куда-то. Значит и здесь тоже всё записано. Но что именно?

— Машина с темными стеклами, меня снаружи не было видно. Так что…

Она нажала «стоп» на панели, снова натянула капюшон на голову и вышла наружу.

Лэйя не рискнула идти к остановке (вдруг кто-нибудь ее увидит и узнает?) И пробиралась к дороге напрямую, через лесок. Увязая по колено, упорно шла вперед, не обращая внимания на проникавший в ботиночки снег.

Примерно на середине пути вынула из куртки нож, выкопала с его помощью ямку в земле и «похоронила» там орудие преступления. Закидала снегом и двинулась дальше.

Она ликовала. Все тело буквально распирало воодушевлением, восторгом. — Вот это да! Вот оно, счастье… Как же она по всему этому соскучилась…

— Это моё призвание! Это то, что должна делать! А не плясать перед глупыми судьями, вымаливая их милость. Там мое место, там! Среди моих подруг. А этот мир… пусть провалится к Мэнгу! Он недостоин меня. И мне нечего здесь делать.