– Вернись, моё сердце. Молю тебя, вернись… – повторял я из раза в раз, переводя дыхание.
Не мог я её одну оставить. Не мог заставить существовать с осознанием, что моя кровь на её руках. Если мне и суждено жить, то только ради девушки с волосами цвета огня, на меньшее я не согласен.
Когда я уже был готов потерять сознание от боли, из груди Алисы вырвался рваный выдох. Она посмотрела на меня и в ужасе округлила глаза.
– Что она сделала? – это было последнее, что я услышал прежде, чем рухнуть ей под ноги.
Алиса
Мой вопль был слышен по всему дворцу. Месяц уже прошёл, а меня по-прежнему колотит от осознания, что в тот день всё могло закончиться.
Дух Долины Туманов практически расправился с моим мужем. Если бы я задержалась чуть дольше и не услышала его, то проклятие добралось бы до сердца, и… Даже думать не хочу об этом «И». Чудом дворцовые лекари вернули Роланда с того света, и гвардейцы быстро среагировали, когда увидели, что я выталкиваю практически бездыханное тело генерала. Сама не заметила, как меня оттащили в сторону и принялись донимать расспросами, не помню, что отвечала.
До сих пор трясёт…
Весть о смерти Велизара быстро облетела Арктау. Народ, не стесняясь, праздновал на каждой улице и площади любого города. Филипп взял на себя временное управление государством, а заодно поднял все архивы, чтобы доказать своё право на трон. Действовать нужно было быстро, чтобы не допустить смуты, так что Кавендиш даже от ранений оправиться не успел, чем навлёк на себя гнев Лиры. Пока она кричала, топала ногами и распиналась, я наблюдала за блондином: он просто стоял и улыбался. Раньше я бы подумала, что у него не всё в порядке с головой, но теперь мне было понятно, что мужчина просто счастлив. Наконец-то, любимая девушка не смотрела на него, как на пустое место.
Я практически не вникала в то, что происходит, потому что жила в лекарском крыле, сидя у койки, на которой лежал мой дракон. На нём появилось ещё больше ожогов. Складывалось ощущение, что они покрыли всё его тело и пробрались внутрь. Лекари смогли немного облегчить состояние пациента, но на протяжении многих дней никто не давал никаких гарантий. Спустя две недели Роланд открыл глаза и довольно-таки быстро пошёл на поправку. Ему даже удалось почувствовать свою вторую ипостась, но оборот был под запретом ещё на полгода. Тело и повреждённые магические каналы могли не выдержать.
Разумеется, сейчас этот невозможный ящер считал, что полностью готов к труду и обороне.
– Я всё равно попробую, – упрямо заявил он.
– Я тебе попробую! – рявкнула я на него, меняя повязки. – Ты мне ещё медовый месяц должен.